воскресенье, 08 декабря 2019
,
USD/KZT: 383.34 EUR/KZT: 431.45 RUR/KZT: 5.89
Что думают рядовые украинцы о заявлении Токаева по Крыму? Конец «Олимпа»? День приговоров Стрельба в аэропорту Нур-Султана Топ-менеджер задержан по подозрению в хищении 20 миллионов Токаев сделал еще одно заявление по Украине В Казахстане наблюдается рост платежных карточек МИД Украины вызвал посла Казахстана Трампу грозит импичмент Сколько будет стоить нефть в следующем году? Алиев распустил парламент. Следующие выборы в феврале Чем займется новое Агентство по регулированию и развитию финансового рынка Токаев прибыл в Германию В Чечне потратят миллионы на медали в честь Кадырова Старшей дочери экс-президента продлили срок Минобразования и науки будет бороться с плагиатом В Вашингтоне обсудили региональную стабильность и права человека в Казахстане МИД Украины отреагировало на заявление Токаева по Крыму. Старый «конь» лучше или трудно с финансами? Токаев о Крыме: это не аннексия Казахстану вернут землю Реимова опять взяли под стражу Стройки не будет Хорошо живут ООН потребовала от Израиля покинуть Голаны

Презумпция виновности

Мунавара Палташева  

Генеральная прокуратура РК внесла на рассмотрение парламента законопроект «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных незаконным путем, и финансированию терроризма». Несмотря на благородную миссию, вынесенную в название этого документа, он вызвал множество вопросов и споров. Законопроект предусматривает, в частности, создание органов финансовой разведки при Генпрокуратуре, которые без суда и следствия смогут приостанавливать любые финансовые операции, если их сумма превышает $30 тыс. и если они подпадают под расплывчатое определение «подозрительные». По просьбе «Эксклюзива» законопроект комментирует Мунавара Палташева.

- Разумеется, мы отдаем себе отчет в том, что закон о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных незаконным путем, и финансированию терроризма, без сомнения, необходим. Однако в условиях стабильного развития страны законопроект требует доработки и должен затронуть более широкий круг злободневных для бизнеса проблем.
Отмывание денег в Казахстане направлено, прежде всего, на подпитку коррупционной чиновничьей среды. Оно связано с проявлениями бандитизма и преступности, причем отечественного происхождения. Оно подрывает нравственные устои нашего общества, поскольку ведет к процветанию проституции, наркомании, нерегулируемого игрового бизнеса. Именно эти явления - прямая угроза нашему обществу. Вот на что наряду с предотвращением угроз терроризма в первую очередь должны быть направлены усилия разработчиков законопроекта.
Между тем мы убеждены, и это мнение подкреплено опытными экспертами в сфере юриспруденции, что за популистскими рассуждениями о необходимости борьбы с «отмыванием» денег и терроризмом реализация данного законопроекта может привести к нарушению прав и свобод граждан, в том числе и предпринимателей, поставить немало новых преград на пути развития отечественного бизнеса. В идеологии законопроекта заметно игнорирование вопросов защищенности прав предпринимателей при проведении финансового мониторинга и предупреждении незаконной легализации доходов, полученных незаконным путем. Такая идеология при формализме данного законопроекта может расширить сферу злоупотреблений отдельных чиновников, банкиров и т.д. и тем самым дать дополнительные возможности для коррупционных нарушений.
Ряд норм носит субъективный характер и может толковаться двояко, привести к произволу по отношению к предпринимателю. В частности, это относится к введению такой категории, как «подозрительность» при осуществлении финансового мониторинга. Любая финансовая операция по воле представителя банка, оператора почты или нотариуса – работника любого органа финансового мониторинга - может быть объявлена подозрительной и приостановлена.
Не произойдет ли так, что в стране возникнет новый контрольно-надзорный орган? И не получится ли так, что бизнес, стремящийся выйти из «тени», вновь вернется в ее объятия?
Пока не будет четкого механизма реализации норм закона, по старой традиции мы можем бюрократизировать благородное начинание в деле борьбы с отмыванием денег.
Словом, было бы желательно сбалансировать идеологию законопроекта – обеспечить необходимую борьбу с отмыванием незаконно полученных денег и терроризмом одновременно с ориентацией на соблюдение конституционного принципа защиты прав и свобод человека и гражданина. Необходимо защитить интересы добросовестных предпринимателей, обезопасив их от возможных злоупотреблений со стороны контрольно-надзорных органов.
Возможные ссылки на то, что эта защита имеется в других законах, – некорректны, поскольку законы как одноуровневые акты подчиняются принципу приоритета последнего по сроку принятия закона. В данном законе также должны быть оговорены недопустимость злоупотреблений и ущемлений прав и свобод граждан и юридических лиц, непричастных к отмыванию денег и терроризму, а также ответственность субъектов финансового мониторинга и должностных лиц государственных органов за возможные допущенные нарушения.
В этих же целях следует тщательно продумать вопрос о соотношении регулирования различных отношений в данной сфере с помощью закона и подзаконных, особенно ведомственных, нормативных правовых актов. В законопроекте многие вопросы отнесены к подзаконному регулированию ведомственными актами. Это, как показывает практика, нередко порождает появление новых многочисленных барьеров на пути бизнеса.
За кадром остается техника и методика отмывания денег, полученных незаконным путем: фиктивные «бумажные» контракты, не обеспеченные поставками с переводом за них денег, фиктивные - строительство, приобретение производственного оборудования, ремонт, создание фиктивных фирм-однодневок и фирм-невидимок, сомнительно работающие некоторые дорогие магазины и рестораны, в которых почти не бывает посетителей, но большой штат персонала и т.д. Реальным может быть лишь комплексный – финансово-товарный и т.д. (финансовый и таможенный, финансовый и архитектурно-строительный и т.п.) контроль.
Крайне формально разработана статья, касающаяся операций с деньгами и иным имуществом, подлежащим финансовому мониторингу. В настоящей редакции она представляется неэффективной и сконструированной будто бы специально так, чтобы ее можно было без затруднений обойти (например, перечисление, перевод, получение такой-то суммы в такой-то срок – но ведь можно или сумму уменьшить на 1 цент, или перечисление произвести на час позже – и уже закон не будет на это распространяться). Создается впечатление, что создан специально «дырявый», если не сказать - попустительский пункт. Это же относится и к срокам вступления закона в силу – через 6 месяцев. За это время можно будет успеть совершить столько запрещенных законом финансовых операций, что потом под его статьи подводить будет некого.
Необоснованно в законопроекте сделан акцент при определении понятия нелегальной деятельности как «незаконной». Между тем согласно международной Конвенции, принятой в 1990 году, речь должна идти о «преступной» деятельности. Подобный вариант принят и в России. Если руководствоваться требованием проекта, то можно признать незаконным любое административное правонарушение. Это может также породить неуверенность бизнесмена в каждом своем шаге.
Разработчики закона ссылаются на использование мирового опыта при его подготовке, особенно при введении такого рычага, как право органа финансового мониторинга приостанавливать провидения финансовых операций сроком на 5 дней. Между тем во Франции блокирование операций происходит лишь на 12 часов, в Италии и Польше - 48 часов, Бельгии – до 2 рабочих дней. Как видим, есть разница.
Отдельные нормы законопроекта порой носят казуистический характер. С некоторых пор отечественные законоразработчики, не принимая во внимание того, что закон еще не принят, параллельно вносят дополнительный законопроект о внесении изменений и дополнений в законодательные акты Республики Казахстан. Причем их количество столь велико, что ставит предпринимателя в крайне затруднительное положение.
В частности, нынешний законопроект требует изменений и дополнений в 23 кодекса и закона страны, он содержит более 50 поправок в нормативные акты.
Все это добропорядочный предприниматель должен непременно изучить, ибо это касается его дальнейшей деятельности.
Но о какой деятельности может идти речь, если, по сути, он должен бросить все дела и уяснять юридический, логический и стилистический абсурд, который внесен, например, в Кодекс об административных правонарушениях: «Часть первую статьи 541 после цифры 168-1 дополнить словами 168-3 (частью четвертой)». И никаких комментариев. Есть еще один немаловажный аспект. В связи с предполагаемыми изменениями в Закон РК «О прокуратуре» именно она будет осуществлять финансовый мониторинг, т.е. в ее структуре появятся новые комитеты и их территориальные подразделения. То есть предполагается органы прокуратуры поставить во главе системы финансового мониторинга. Исходя из этой логики, прокуратура сама будет осуществлять эту функцию и сама же себя контролировать на предмет соблюдения законности, что является ее конституционной прерогативой. Вряд ли это будет оптимальным вариантом с точки зрения обеспечения конституционного принципа приоритета прав и свобод человека и соблюдения законности, а также принципа сдержек и противовесов.
Законопроект нуждается в существенной переработке.

Оставить комментарий

Антресоли

Business Guide Business Guide
Редакция Exclusive
20.06.2007 - 14:27
Смотрите, кто пришел Смотрите, кто пришел
Редакция Exclusive
20.06.2007 - 14:12
Дом для Багиры и Алсу Дом для Багиры и Алсу
Редакция Exclusive
20.06.2007 - 12:36
Бизнес нашего шоу Бизнес нашего шоу
Редакция Exclusive
20.06.2007 - 12:32
Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33