вторник, 17 сентября 2019
,
USD/KZT: 383.34 EUR/KZT: 431.45 RUR/KZT: 5.89
Дарига Назарбаева поедет в Ватикан Алматы – город с самым большим количеством безработной молодежи Авиаперевозчики Казахстана стали еще богаче Кровавая статистика «Астану Экспо» переименуют Как тенге отреагировал на события в Саудовской Аравии? Цены на нефть летят верх Авария в Саудовской Аравии: ждать ли нефть по 100 долларов за баррель? Трагедия в Чемолгане Габидулла Абдрахимов стал советником премьер-министра Активы микрофинансовых организаций достигли 300 миллиардов Казахстанцы смогут учиться в «Алибабе» Казахстанское бюро по правам человека сделало Заявление по Джакишеву Трамп против вейпа В Алматы предложили гору Кок-Тюбе засадить яблонями Кому охотнее всего дают кредиты «Magnum» делает рестайлинг Повеселимся Турнир имени Дениса Тена пройдет в Алматы. Таджикистан отказался от услуг китайской компании Авиакомпаниям подрежут крылья В Газе будет война? Все лучшее – детям Подарок Трампа к 70-летию Китая Какие госкомпании скоро закроют?

Андрей Орлов: Прислушайся, они уже идут

В пятницу, 25 января, в 19.00 в алматинском книжном магазине «Меломан Grand» (угол Гоголя и Панфилова) состоится презентация новой книги известного казахстанского журналиста Вадима Борейко «Народные инородные».

Портал Exclusive.kz публикует некоторые главы из книги. Уже вышли интервью с галеристом Маратом Гельманом и с поэтом Игорем Губерманом. Сегодня – беседа с русским поэтом Андреем Орловым, более известным как Орлуша.

И это всё о нём

Андрей Анатольевич Орлов, известный как Орлуша, родился 2 ноября 1957 года в Березниках, но рекомендуется выходцем из Челябинска: в этот город семья будущего поэта переехала в его раннем детстве. Дальше предоставлю слово герою: краткую биографическую справку для интервью газете «Время» он написал сам:

«Андрей Орлов. Большой поэт, мужчина, знает интернет, в далеком прошлом: журналист, бродяга, хиппи, аферист, был бизнесменом и магнатом, лет 8 был вообще женатым, политтехнолог, Казанова, теперь ни-ни (влюбился снова), родился где-то на Урале, с тех пор – загадочно брутален, не терпит: соки, спорт, ирис, любитель виски и актрис, не выстроил себе хоромы, редактор преданный «Литпрома», не любит бренды и понты, живет порою в Алматы, несёт покорно славы бремя, из всех газет читает «Время».

Детям до 18

Орлов в миру совсем не тот монструозный лирический герой, который, кроме мата, слова доброго не скажет: вполне себе культурный интересный собеседник.

Да и профессиональная его ориентация весьма обманчива. Андрей прославился сначала в Сети – как поэт orlusha, а в офлайне стал знаменит главным образом благодаря стихотворению о том, как ему не удалось демографировать Ксению Собчак (оно разошлось в рингтонах – 3 миллиона скачиваний на мобильники!), и гимну нон-конформистов «Зае#ало!» В 2009 году у него вышла первая книжка «Стихи и рингтоны», снабжённая лейблом: «содержит ненормативную лексику, продажа детям до 18 лет категорически запрещена». Она была доступна и в Алма-Ате.

Между тем, мало кто у нас знает, что он профессиональный журналист, рекламщик и политтехнолог. Работал - кстати, по просьбе Бориса Березовского, когда тот был еще «вхож в коридоры», - над созданием по заказу Кремля межрегионального движения «Единство», ставшего затем партией власти «Единая Россия». А когда сам Березовский баллотировался в Госдуму от Карачаево-Черкесии, Орлов придумал гениальный пиар-ход: предвыборные лозунги перевели с помощью народных поэтов на языки десятка национальностей, населявших республику, чего прежде не было никогда, и «Берёза» победил, по словам Андрея, без особого административного ресурса.

Наш разговор не о поэзии, а о Казахстане, куда в конце нулевых годов Орлуша повадился по одному ему известным делам.

...Ранней весной 2009-го мы поехали с Андреем на Чарын. Искушённый аризонским Гранд-Каньоном, он, тем не менее, со сдержанным любопытством оглядывался вокруг. И вдруг показал на ровный отвесный борт каньона: «А вот здесь хорошо бы вырезать барельеф вашего Назарбаева – наподобие гранитных американских президентов в Mount Rushmore. Всё дешевле будет, чем из бронзы отливать». Я был вынужден строго ему заметить, что наш президент – человек скромный, ничего такого себе не позволяет и даже отказался в 2008 году переименовать Астану в Нурсултан, как верноподданно предлагал депутат мажилиса Сат Токпакабаев. (Поправка из будущего: тогда ещё не открылся дендропарк Первого Президента с монументально-скульптурной композицией, а центральная улица южной столицы носила имя Фурманова. – В. Б.)

Красота казашек – стимул приезжать в Алма-Ату

- Андрей, ты в этом году в Казахстане времени проводишь больше, чем в Москве. Не только же ради концертов, наверное. Ты к нам пришел навеки поселиться?спросил я уже во время другой встречи, на Чимбулаке.

- Есть поговорка, которую мы бездумно повторяем и в которую я никогда не верил: «Никогда не возвращайтесь туда, где вам было хорошо». Я считаю, что возвращаться - надо. Иначе любимых девушек и хороших знакомых мы во второй раз не увидим. Мне в Казахстане – нравится. Поэтому я ищу поводы, чтобы сюда время от времени приезжать.

- Что именно нравится?

- Мне после московской суеты здесь спокойнее: меньше ненужных деловых контактов, звонков… И я себе несколько часов в день освобождаю за счет отсутствия разговоров: ты где? как сам? и как дела?

- Оптимизация общения…

- Я за последнее время был в Одессе и в Алма-Ате. Мне оба этих города нравятся, потому что в них живут люди со спокойными лицами, в отличие от Москвы. Здесь можно сесть в кафе и заговорить с человеком. А в Москве невозможно познакомиться вот так просто – должна быть ситуация представления, потому что Москва – бизнес-центр огромный. Это надоедает, мне там не хватает коммунальности.

- Ты мне рассказывал, что даже митинг оппозиции посетил здесь.

- Ходил к приятелю в гости, а там митинг рядом - я и зашёл. Увидел человек двести. Хотя потом по газетам показалось, что гораздо больше. Это напомнило мне провалившиеся концерты Донны Саммер в Кремлёвском дворце, когда билеты не распроданы, зал полупустой и зрителей просят: пересаживайтесь вперед, а то у нас картинка для телевидения плохая.

- В Москве, поди, и такого теперь не увидишь. Мне говорили, что недовольных ещё в подъездах винтят.

- Там тоже собираются обманутые дольщики и выселяемые люди. Просто, если они протестуют против мэрии и акима Москвы Лужкова (смеётся), никто это не пытается связать с политикой и «бандой Путина». А что касается разгоняемых «маршей несогласных», то это оппозиция чисто политическая, хотя и очень неумелая. Даже если я и готов принципиально поддержать некоторые их действия, но всё равно не пойду на этот марш, потому что это акция нескольких щенковатых радикалов лимоновских и попытка показать силу американского стипендиата Каспарова, бывшего главы правительства Касьянова и того же Лимонова. А это люди, которые ничего и предложить-то не могут толком. Оппозиция может быть силой, только если она имеет внятную позицию.

(Поправка из будущего: напомню, разговор состоялся в 2009-м, до «болотных» демонстраций в Москве и «навальных» по всей России; а в Казахстане последним крупным протестным всплеском были «земельные» митинги 2016 года. – В. Б.).

Казахстан – супердержава завтрашнего дня

- Ты же и по делам сюда ездишь?

- Если бы я маме своей мог объяснить, что у меня за дела… Есть один совместный с Казахстаном кинопроект на стадии предпланирования. А вообще у меня большой интерес к реальному выправлению межкультурных связей между двумя республиками бывшего Союза.

- С этой цифры поподробнее.

- Между Казахстаном и Россией вражды нет, но есть ситуация увядающей дружбы. Это как с бывшей женой – вроде всё нормально, но спать с ней уже не будешь. И когда в Москве начинаешь рассказывать, что был в Казахстане и там нравится, то понимаешь: для людей Узбекистан, Киргизия, Туркмения и Казахстан сливаются в одно, и они не могут оценить масштабов вашей страны. Я это называю «синдромом Чечни». По медийным ощущениям Чечня, с её войнами, президентами и армиями, занимает в сознании людей гораздо больше места, чем заслуживает размером своей территории и количеством населения. Если спросить, что больше: Чечня или Тюменская область? кто более значим: тюменский губернатор или Герой России Кадыров? – то, по медийным меркам, Рамзан – целый президент, а тот - вроде как начальник жэка. И вот эти перекосы в сознании, думаю, надо выправлять. Тут должна работать и официальная часть, и неофициальная – народная дипломатия.

- То есть отношения между нашими странами на человеческом уровне требуют реанимирования…

- На старой базе можно создать реально работающие механизмы культурного обмена, на основе которых могли бы сниматься фильмы, делаться выставки, книги. Самое главное – нам ведь для общения не нужно учить язык. А для меня лично мощным движущим фактором является физическая красота казахских женщин. Идешь по улице – смотришь на красоту. Мне это доставляет удовольствие.

- У тебя были любопытные соображения относительно странового брендинга Казахстана.

- Вспомним фильм «Борат» и реакцию на него в Казахстане. Я знаю, что мог бы посоветовать на него реагировать по-другому. Я не говорю, что это кино надо было везде показывать. Можно запретить. Я не против запрета, если это оскорбляет. Хотя, с моей точки зрения, «Борат» больше оскорбляет евреев, чем казахов: на американских евреев и рассчитаны шутки Коэна. А казахи здесь попались…

- Под раздачу?

- Да, как в фильме «Хвост виляет собакой», где на телевидении устраивают виртуальный конфликт в Албании, который потом материализовался в Косово, албанской провинции Сербии. А про такие страны, как Албания, американцы говорят: «middle of nowhere», то есть «середина ничего», «жопа мира». У нас ведь совершенно спокойно воспринимают шутки про то, что в Непале все сделаны непальцем и непалкой, не подозревая, что это может быть оскорбительно для непальцев. Словом, если бы Казахстан в мире был более заметен медийно, Коэн не смог бы взять его в качестве примера: ему пришлось бы искать какую-то другую страну, которую люди не знают.

Казахстан, безусловно, недооценён в мире – из-за незнания о нём. И при этом я вижу, что это огромная супердержава…

- Именно «супер» и именно «держава»?

- А как ещё назвать государство с такой территорией и такими природными запасами? Может быть, это супердержава завтрашнего дня. Ясно, что в мировом контексте это не Норвегия должна быть. Не Люксембург. И не Бельгия, чьи писающие мальчики украшают здешние кафе. Когда в Брюсселе будет кафе «Алматы» и писающий казахский мальчик на пивном стакане – тогда, значит, что-то сработало.

- Так с чего начинать строить бренд страны?

- Бренд состоит из многих вещей. У многих государств есть слоганы: «Улыбайся, Малайзия!», например, или «Испания – страна нового солнца».

- Некая эмоциональная зацепка для туристов…

- Да. А здесь я вижу на билбордах только национальные символы: желтый и голубой цвета государственного флага, беркута, Золотого человека, какие-то цитаты – и у меня не возникает эмоционального отклика.

Есть один сайт, на котором жители 50 стран оценивают государства, где они хотели бы побывать, не будь у них проблем с деньгами. И оказывается, что нищая, в принципе, Индия находится на 1-2 месте: её часто показывают по телевизору, там много экзотики, а значит, есть интерес. А если Казахстан попадёт в эти опросы, то люди, никогда ничего не видевшие и не слышавшие о нём, кроме фильма «Борат», оставят вас на последних позициях. По праву. Потому что вы о себе не информировали. Потому что даже правильно сделанная фотография этого, например, места (беседа шла в кафе на Чимбулаке. – В. Б.) стоила бы гораздо меньше, чем одна опора гондольной трассы, и могла много рассказать о стране. Но для этого нужно посмотреть на это урочище не своим, привычным глазом, как в собственный холодильник, где ты знаешь, что у тебя там соль – в банке из-под кофе, на которой написано «чай».

- Нужны чужие глаза?

- Да, взгляд со стороны. Это всё равно как оценить прическу: что-то тебя плоховато постригли. Сам-то ты себя сзади даже в зеркале не видишь. Или: что-то ты пузо отрастил, позанимайся спортом немного – и будешь нравиться девкам. Но – мы привыкаем. Как на даче - к туалету во дворе. И не думаем о том, что за 300 долларов можно устроить его в доме. Мой приятель Олег Алямов, единственный из всего подмосковного дачного посёлка, сделал туалет и душ в доме. Это очень несложно оказалось. К нему все соседи ходили смотреть. Потом возвращались к себе и какали в деревянную дырку. Потому что привыкли - так было всегда. А изменить это стоит меньше, чем один раз накормить друзей шашлыком.

Если говорить о бренде, существуют международные подходы, международные агентства. Я думаю, что небольшая команда, состоящая из русских и казахов, могла бы предложить внятную программу по брендингу Казахстана, с хорошими лозунгами. Нужны лозунги не только стране, но и Чимбулаку, и Медео – адаптированные к другим языкам. Надо понимать, что слово «Чимбулак» может быть сложно выговорить иностранцу – ну и отрежь половину, назови, предположим «Chimby Snow». Никто же не знает полного названия города Лос-Анджелес, которое изначально было в семь раз длиннее, чем то, что от него осталось (Эль-Пуэбло-де Нуэстра Сеньора ла Рейна де лос Анджелес де Порсиункула. – В. Б.). Надо делать себя удобнее для общения. Я думаю, что попробую создать такую команду – именно из русских и казахов, потому что разницы между нами – ноль. Да и для меня психологически безразлично, где работать – в Москве или в Алма-Ате. Тем более что в Москве всё уже пересистематизировано и никуда не пролезешь, а здесь – новая территория приложения моих мозгов.

- Ну, раскрутим мы Казахстан, и иностранцы сюда потянутся. А что им покажем? Где у нас деньги валяются под ногами? Возможно, эти ниши - экологический или экстремальный туризм?

- Нужно посмотреть на то, что иностранцы покупают. Мы же в туризме иногда пытаемся продать то, ради чего сами вырываемся из города. А они конкретное что-то ищут. Скажем, есть огромное международное  сообщество траутеров – людей, которые ловят горную или озерную форель. Они едут куда угодно и живут в любых условиях.

- А форель у нас водится в горных речках.

- Возможно, здесь будут востребованы и медитативные или конные туры. Экскурсия с проживанием в юрте и доением кобылиц могла бы привлечь туристов – и по картинке, и по всему остальному. Сделать это не самая сложная вещь. Этнические деревни во всем мире пользуются огромным спросом. Я думаю, нашлось бы немало желающих пожить реальной жизнью кочевников хотя бы несколько дней. Надо, повторяю, смотреть. Но главное здесь: продавать не себя – а продавать другому.

Для интервью в газете я попросил Андрея самого выбрать несколько своих стихотворений. Он выбрал и вдобавок каждое прокомментировал.

Про 30 копеек

Думаю, любому человеку в возрасте старше тридцати-тридцати пяти эти стихи докажут, что «общая история» - это не только Брежнев, съезды и прочая лабуда.

Копейка – это спичек коробка

Или два пёрышка со звездой,

Ещё она может стать газировкой

(Без сиропа, просто водой),

Две копейки, попросту – «двушка»,

Без которой нельзя позвонить,

А три – уже кваса мелкая кружка

Или уже «с сиропом» попить,

Четыре копейки – булочка с маком

Или баковский презерватив,

Пятак – понятно, для автомата,

В метро проходишь, его опустив,

Ещё пятак – пирожок с повидлом,

Ну а бублик – уже за шесть

И, конечно, кваса пол-литра,

Чтобы не всухомятку есть

На семь покупаем пачку соли

Или тёплую булку французскую

А «фруктовое» вы не любите что ли?

Значит, вы – дураки нерусские!

Восемь копеек – кило картошки,

А лучше – берёзовый сок вкуснячий,

На девять – уже гуляем немножко:

«Дружба» сырок берём однозначно

Десять копеек – сочок томатный

Или билет на «Неуловимые»,

Ну, а одиннадцать – тут понятно:

Это оно, эскимо любимое!

Двенадцать копеек – пустая бутылка,

Монпасье или яблочный сок,

Тринадцать – батон (не руками, а вилкой!)

Четырнадцать – «Прима» (не рано, сынок?)

Пятнадцать – бутылка (уже молочная),

«Полубокс» (причёска), беляшик,

Шестнадцать – чёрный, буханка, точно!

И молока пирамидка из ящика,

Семнадцать – сто грамм разливной сметаны

Восемнадцать – батон, это – проверено!

Девятнадцать – пломбир, разлюбимый самый,

А двадцать – из бочки стакан портвейна,

Двадцать одна – сотня граммов «взлётной»,

Ситро в стекле – двадцать две копеечки,

Ещё двадцать две – «Беломор» почётный

(Купил - и кури себе на скамеечке),

Столько же стоила кружка пива,

А двадцать три – сосиски с капустой…

Какой же парок он них шёл красивый,

Сейчас бы съел, чтоб мне было пусто!

Ну, напрягаем память бездонную:

За двадцать четыре было чего-то?

Помню! Литр молока бидонного,

Его и сейчас иногда охота.

Двадцать пять – билетик в кинушку

На сеанс «до шестнадцати лет»,

Добавь копейку, бросай войнушку

И лопай «усиленный школьный обед».

Двадцать семь – «Крем-сода» и «Буратино»,

(Выпьешь бутылку, и жизнь - легка),

За двадцать восемь – батонище длинный,

Двадцать девять – сто «докторской» без жирка.

Тридцать, которые два по пятнадцать –

Что это было? Явская «Ява»?

Память, кончай ерундой заниматься,

Помнить всё это – просто подстава!

Цифры советские, памяти пленники

Карандашом обслюнённым химическим

Кто наносил вас на рваные ценники,

Если вы вечными стали практически?

Это же бред, это просто безумие:

Спят Мелитополь, Ростов и Москва,

Но разбуди хоть кого в полнолуние –

Скажет, не думая: «три шийсят два!»

Никто ни в России, ни в Казахстане,

Ни в странной стране с названьем «Молдова»

Этой фигне удивляться не станет,

К счёту в копейках вечно готовый.

Видел недавно Ефремова в телеке –

Там, где Доронина пела ему,

Гляжу, а на счётчике – тридцать копеек,

Вспомнил все тридцать. Зачем – не пойму.

Пасхальное 2006

Этот стишок не «антиправославный», как его многие расценили. Просто я считаю, что лживое сращивание власти (особенно кагэбэшной) с религией – это тенденция крайне опасная.

Они идут под звон колоколов,

Подаренных тамбовскою братвою.

Они поют. Ещё не слышно слов.

Так псы цепные тёмной ночью воют.

 Иваны, вдруг познавшие родство,

Несут хоругви на железных пиках

И дикое, тупое естество

Начертано на их славянских ликах.

 Когда своей трёхпалою рукой

Борис крестился, мы ещё шутили:

«Какой он милый, пьяненький какой» -

И дом ему Ипатьевский простили.

 Когда Лужков в обители пловцов

Решил пятишеломный храм отгрохать,

«Ведь помнят, помнят дедов и отцов» -

Мы продолжали умилённо охать.

 Когда с экрана робок и картав,

Учил нас вере Ванька Охлобыстин,

Не спорили мы с пеною у рта

Ни об одной из нам понятных истин.

 А жизнь летит, как песенка Алсу,

Всё вроде так, как мы с тобой хотели:

Шинкует на Поклонной колбасу

Змеиную – Георгий Церетели.

 Но почему сомнение в лице?

А вера и надежды льдинкой тают?

Не потому, что РАО РПЦ

На божий свет тарифы повышает?

 Чубайс зажёг на пасху фонари,

Кулич ашанский катится в корзинах,

И по Рублёвке в храм летят шныри

С мигалками на чёрных лимузинах.

 Они, забыв про божий фейс-контроль,

На исповеди лгут, как жёнам дома,

Для них «Христос воскресе» - как пароль,

Которым можно обмануть Харона.

 Эдем в Барвихе, ангелы «в размер»,

И с Павлом Пётр в погонах на воротах,

И дерево познанья, крупномер,

Цветёт в саду для сына-идиота.

 Крестясь от кошелька до кобуры,

Безмозглый лоб соединяя с пузом,

Они поют про лучшие миры

Свой вечный гимн Советского Союза.

 Они стоят на службе в полный рост,

Их главный даже, говорят, крестился,

И ясно всем, что «номер первый» пост

Из мавзолея в храм переместился.

 Они стоят как клоны «самого»,

Герои недокраденной России

И жадно ловят каждый вздох его,

Собой провозглашённого мессии.

 «Просфорку дай, кагорчика налей!

Неплохо помолились так, конкретно».

Лимоновские дети мне милей,

Чем крёстный ход под путинским портретом.

 Они – готовы. Лишь приказа ждут,

В глазах ни мысли нет, ни сожаленья.

Прислушайся, они уже идут.

К тебе идут. Без веры и сомненья.

Про выборы в 4 классе «Б»

Это было опубликовано в журнале «Крокодил» незадолго до выборов президента РФ. Так что претензий к притеснению меня режимом не имею.

 Почему никто не дрочит

И не мучает котят?

Почему никто не хочет

Бить по жопе октябрят?

 Почему пусты сортиры,

Где курил четвёртый «Б»?

Потому, что командира

Выбираем мы себе!

 Мы – за дело Миру-Мира,

Знай, любимая страна,

Выбираем командира

Пионерского звена!

 Первым встал Зюганов Гена,

Пятый год, как пионер, -

«Я, - сказал он, - несомненно,

Буду для ребят пример!

 Я для вас, родные братцы,

Завтра в школу принесу

По цене всего два двадцать

Супер-пупер колбасу!»

 Но вожатый Вова Путин

Начал на него кричать,

Но вожатый Вова Путин

Говорит ему: «Молчать!

 Кто наклал на школьных танцах

Двадцать восемь куч говна?

Нам не нужно обосранцев

Командирами звена!»

 Слово «жид» - плохое слово,

Кто так скажет – будем бить…

После Жириновский Вова

Начал речи говорить.

 Он махать руками начал,

Он надулся, как гондон,

Он орал, что однозначно

Лучший выбор – это он.

 Но вожатый Вова Путин

Тихим голосом сказал,

Что такой словесной мути

Даже в Думе не слыхал,

 Он едва сдержал обиду

И спросил: «Забыл, осёл?

Ты же просто так, для виду,

Для количества пришел?»

 Тут от группы хулиганов,

С задней парты у окна

Слова попросил Касьянов,

Начал сыпать имена:

 Дескать, Вовка – держиморда,

Толик лампочки разбил,

Валька ходит шибко гордо,

Димка – маленький дебил.

 Но вожатый Вова смело

Говорит: «Не надо ссать!

Кто успел дневник умело

За училку подписать?

 Кто подделал некрасиво

Все оценки, как шпион?

Гнать его из коллектива!

Встань, Касьянов, выйди вон!»

 Тут Андрейка встал Богданов,

Весь лохмат, как страшный сон,

Говорит: «В свободных странах

Звеньевой – всегда масон!»

 «Помолчи, - сказал вожатый, -

Ты, Богданов, гнусный глюк!

И вообще ты – волосатый,

Как поющий Корнелюк!»

 «Нам, - сказал вожатый Вова,

Покачавши головой, -

Не такой, даю вам слово,

Очень нужен звеньевой!»

 Все сначала загалдели,

Закричали «Это – жесть!»,

Но на Вову поглядели

И решили: выбор – есть!

 Потому, что Путин Вова

Умно закатил глаза,

Посмотрел на них сурово

И задумчиво сказал:

 «Я, - сказал вожатый, - кстати,

Звеньевым был восемь лет,

И умею отделять я

Мух и мясо от котлет.

 Я стабильно повышаю

Всё, что нужно, здесь и там,

Я один прекрасно знаю,

Кто начальством станет вам.

 Номер раз: необходимо,

Так прикинул я в уме,

Чтоб мальчишку звали Дима

И с фамилией на «ме».

 Нужно, чтоб не обосрался,

Чтобы был не пидарас,

Нужно, чтобы разбирался

В том, что всех волнует вас,

 Занимался физкультурой,

Строил домик для скворца,

Чтоб вожатого фигуру

Чтил, как маму и отца,

 Чтобы исполнял, любимый,

Всё, что нужно, как солдат…

Значит так, Медведев Дима –

Мой надёжный кандидат!»

 «Ну и что, что он – не крупен,

Из-за парты не видать,

Всех, - сказал вожатый Путин,

Голоса прошу отдать!

Если кто-то спорить будет,

Как последний раздолбан,

Закачу ему при людях

О-фи-гительный щелбан!»

Мы попрятались под парты

Все, конечно, от и до:

На фиг нам в начале марта

От вожатого дзюдо!

Руки подняли готовно

Все, кто был, без лишних слов,

И набрал Медведев ровно

Сорок восемь голосов.

Честно вам хочу признаться:

Как один сказали «Да!»

То, что нас всего-то двадцать,

Это – просто ерунда.

Мы пример подали миру,

Что не выберут говна

Командиром, командиром

Пионерского звена!

Про Любовь (Любе Полищук)

Это написано в ноябре 2006 года, в день похорон большой актрисы Любови Полищук. Уверен, что и в Казахстане многие любили эту «крёстную тещу» из сериала «Моя прекрасная няня».

 Почему и зачем умирает Любовь?

Неожиданно. Так же, как раньше входила.

Может быть, просто время родиться ей вновь?

Или ей неуютно и холодно было?

 Почему без Любови так зябко рукам?

И – так холодно, будто озябшие руки,

Не привыкшие к глинистым мокрым комкам,

Привыкают к ознобу и долгой разлуке?

 Мы любили Любовь? Нет, она между нас

Просто тихо жила, называясь Любовью,

И – дарила любовь, и – корила подчас,

И – ждала, и – была нашей плотью и кровью.

Мы – познали Любовь? Да, наверное, нет.

Как не знаем закат или крымское лето,

Вкус вина, жар огня или солнечный свет,

Но она умерла. Как свеча. До рассвета.

Умерла ли Любовь? Или это лишь бред

Вдруг накрыл её снегом, как белой одеждой,

Прочертив по душе окровавленный след,

И оставив сиротами Веру с Надеждой?

Умерла ли Любовь? Мы-то знаем, что нет,

Мы-то знаем, что всё, что Любовь подарила

Нам дороже любых самых звонких монет,

Мы живём потому, что она нас любила.

Значит, будем любить несмотря ни на что

И цветы ей зимой приносить к изголовью

Нам её не забыть. Ну, хотя бы, за то,

Что она так легко называлась – Любовью.

Алма-Ата, май 2009 года

P. S.

В жизни Орлов на редкость совпадает с так называемым «лирическим героем»: между ними нет не то что дистанции – даже зазора. По крайней мере, на мой поверхностный взгляд не слишком близко знавшего его человека.

Он прожил в Алма-Ате в общей сложности с полгода, если мне не врёт склероз. Я водил его по всем известным мне кабакам. И везде Орлуша мгновенно очаровывал официанток, в минуту сходился с незнакомыми людьми, читал им стихи, если просили. Короче, доминировал за столом и заполнял собой окружающее пространство.

Я воспитан в канонических традициях: в процессе употребления никогда не понижать градус напитков – только повышать. И поражался способности Андрея после водки смаковать красное сухое, а коньяк полировать пивом. «Я его и кефиром иногда запиваю», - он словно издевался над моим догматизмом. А на вопрос, не разрывает ли ему башку поутру от такого фьюжна, отвечал: «Алкоголь в моём организме расщепляется на витамины и свежевыжатые соки».

Как-то я урвал в «Меломане» последний экземпляр сборника Орлуши, запаянный в целлофан: увижу его – возьму автограф. Вечером мы упали на летнике «Пугасова», и я вспомнил, что завтра, 2 июня, днюха Вити Верка, с которым мы тогда рулили ежедневным выпуском газеты «Время», а я без подарка. Вынул книгу и говорю: «Андрей, подпиши товарищу». Орлов коротко расспросил про Виктора Джоныча, задумался на несколько секунд – и на моих глазах начал выводить четверостишья. Это была живая иллюстрация фразы «Мастерство не пропьёшь».

Когда я писал этот постскриптум, позвонил Верку: цел ли раритет? «Спрашиваешь! – гордо ответил Витя. - Это моя настольная книга». И по памяти воспроизвёл посвящение:

Незнакомцам подписывать книгу

Я ваще ни хрена не терплю.

Если просят, ору: вот вам фигу,

Незнакомцев ваще не люблю.

Но судьба моя, злая еврейка,

Та, что раньше кричала: «Не ссать!»,

С гадкой рожей злодея Борейко

Попросила свой том подписать.

Оказалось потом на поверку

(Без проверки оно самотёк):

Книга станет подарком для Верка.

Имя Верка при этом Витёк.

Так что, Витя, привет, поздравляю!

Я надеюсь, неплохо живёшь.

На прощанье вопрос заглубляю:

Ты при встрече поэту нальёшь?

После 2009 года мы с Орловым не встречались. Но слежу за ним постоянно.

В 2014-м он заменил Дмитрия Быкова в проектах «Господин хороший» и «Гражданин поэт» после того, как того уволил продюсер Андрей Васильев.

В том же году Андрей однозначно встал на сторону Украины в её конфликте с Россией. И теперь периодически выступает с поэтическими вечерами как в Киеве, так и в Москве. Не в Кремлёвском дворце, конечно, - чаще в «Рюмочной» в Зюзино и в «Петровиче» Андрея Бильжо. Но с аншлагом. А в соцсетях выкладывает фудлуки с демонстративным хэштегом #завтракпредателя.

На странице Орлова в фейсбуке регулярно появляются новые стихи на украинскую и российскую злобу дня. Вот пост от 19 июля 2018 года:

В Крыму аксёновские царедворцы

Открыли сайт навроде «Миротворца»,

Они берут под карандаш

Всех, кто считает «крымненаш».

Вот текст стишка:

Поэт Орлуша гневно требует дополнить список «крымоненавистников» его собственной персоной

Отвечая на угрозы НАТО

Крым в родную гавань «повертать»,

Вдруг решила крымская палата

Всех врагов своих пересчитать.

Их, врагов, поймают, только свистни,

На неблаговидных их делах

И с печатью «крымоненавистник»

Проведут по Ялте в кандалах.

В списке – Макаревич, Шендерович

И Акунин (все – не «кто-нибудь»!),

Лия Ахеджакова, Войнович,

И Ефремов из программы «вДудь».

Так сказать, «народные любимцы» –

Хуже Виды, хоть он и хорват –

Тайные агенты украинцев

И во всём им Путин виноват.

Я хотел бы список сделать лучше!

Крымнашисты, просьба к вам моя:

В список дописать меня, Орлушу.

Без меня – не полный ни… фига!

А это стихотворение от 10 сентября 2018 года посвящено прокатившимся накануне по России акциям протеста против пенсионной реформы, с жёсткими задержаниями участников, в том числе подростков.

Бойня номер шесть, или Крестовый поход против детей

Эй, под палкой трещи голова,

Бей их! Вяжи неусатых!

Вышли на бой за свои права

Старики две тыщи семидесятых.

Гаррипоттерские очки,

Свободный взгляд из-под стёкол,

Эй, обосравшиеся сморчки,

Где вы? Не вижу около!

Вам – от Собянина фейерверк,

Мозг ваш с лапшою спаривают,

А их «после дождичка и в четверг»

Не устраивает!

Окрепшие в компьютерных играх,

С улыбками вместо оскалов

В бой идут молодые тигры

Против шакалов.

Против арестов и провокаторов,

Против системы

Идут в офлайне демотиваторы,

Никнеймы, мемы.

Да, в воспитании всё не просто,

К чертям советы!

Плевать на все к молодым вопросы,

Вся власть – ответам!

Свою отмазку «онижедети»

Крути, как дышло,

Но между прочим, лишь дети эти –

Смелы. Так вышло…

Так вышло много, что не заметить

Уже не выйдет,

Они сегодня за всё в ответе,

Их время прийдет!

Пенсионеры через полвека,

Глаза – как бритвы,

Идут за каждого человека

В горнило битвы.

А ты – унижайся, трясись, потей,

Бойся огня и стали,

Смотри на Крестовый поход детей,

Что за руки взявшись встали.

иллюстрации из открытых источников

Вадим Борейко
Оставить комментарий

Общество

21 урок для XXI века 21 урок для XXI века
Редакция Exclusive
24.12.2018 - 12:57
Сетевые БАЙТЕ'речи Сетевые БАЙТЕ'речи
Редакция Exclusive
22.12.2018 - 11:06|
Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33