воскресенье, 20 октября 2019
,
USD/KZT: 383.34 EUR/KZT: 431.45 RUR/KZT: 5.89
Айсултана Назарбаева в Лондоне приговорили к 18 месяцам и штрафу Казахстанцы, в основном, положительно относятся к Золотой Орде. Назарбаев: надо консолидировать общество и элиту вокруг Токаева Назарбаев раскритиковал партию Nur Otan Сколько иностранцев работает в Казахстане легально? Атамбаеву вернут статус экс-президента? Объявлены победители стипендий имени Батырхана Шукенова Saudi Aramco отложила IPO В Казахстане появится новая монета 35 паломников погибли в Саудовской Аравии Брексит: жёсткий выход отменяется? США призывают власти Казахстана улучшить ситуацию с правами человека Одним движением больше В Казахстане подорожает бензин Когда поменяют код аэропорта столицы? В Казахстане появилась Демократическая партия Опять про Стати Экс-главу Союза фермеров Казахстана осудили за изнасилование Божко: «мне что-то добавить очень сложно» 93% компаний Казахстана сталкиваются с киберугрозами Банки рефинансировали займы на сумму около 215 млрд. тенге Эрдоган против перемирия с сирийскими курдами Токаев о будущем Казахстана Конфуз с российским гимном Майлыбаева раньше срока не выпустят

Спасет ли Европа человечество от катастрофы?

В 2010 году, когда я начинала в качестве европейского комиссара по климату, цель чистых нулевых выбросов разделяли лишь “зеленые” радикалы. Цель по сокращению выбросов на 80-95%, установленную первой долгосрочной стратегией Европейского союза, многие считали слишком амбициозной.

В то время, мало кто мог представить, что в течение десяти лет Китай станет гигантом в области возобновляемых источников энергии или что Volkswagen и датская судоходная компания Maersk поставят перед собой цель по достижению углеродной нейтральности к 2050 году. Одновременное заявление компании Volkswagen, что она начинает производство 22 млн. единиц электрических транспортных средств в течение следующего десятилетия, казалось таким же надуманным.

Однако, в современном мире такие изменения становятся новой нормой. “Зеленое” финансирование набирает популярность; люди меняют свое питание и привычки потребления; мэрии принимают меры по сокращению загрязнения воздуха; угольные электростанции закрываются; а низкоуглеродные технологии развиваются быстрее, чем ожидалось. Это долгожданное изменение, но его все же недостаточно: ученые – включая Межправительственную группу экспертов по изменению климата (МГЭИК) – продолжают бить тревогу, что время для предотвращения наихудших последствий изменения климата уже на исходе.

На сегодняшний день, люди во всем мире более решительно, чем когда-либо, требуют действий в области изменения климата. Многих побудила к действиям Грета Тунберг, 16-летняя шведская активистка, которая начала с организации одиночной забастовки за климат возле здания шведского парламента и дошла до выступления в Организации Объединенных Наций и на Всемирном экономическом форуме в Давосе. По всей Европе, данные опросов показывают, что амбициозная политика в области климата имеет широкую поддержку. И подавляющее большинство европейцев, представляющих весь политический спектр, признают, что наднациональное сотрудничество в области климата имеет значение.

В прошлом месяце, генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш, стремясь обеспечить необходимые меры, рассказал о своих планах по проведению саммита по климату в сентябре этого года в Нью-Йорке. В связи с этим, он призвал участников отложить в сторону свои разногласия и предложить “конкретные реалистичные планы” по сохранению повышения глобальной температуры не выше 1,5°С доиндустриального уровня, согласно последнему докладу МГЭИК.

Во времена политической нестабильности, отраженной в росте популистских партий во многих странах, это смелое предложение. Мир должен это принять, и Европа должна сыграть в этом ведущую роль.

Когда дело доходит до принятия решений, Европа стоит на шаг впереди. Например, моя родная страна, Дания, которую попросили вести переговоры по энергетике на саммите ООН, интегрировала в свои электрические сети огромное количество энергии ветра. Швеция, которая будет управлять индустрией WorkStream совместно с Индией, создала первый в мире сталелитейный завод без ископаемого топлива. И прогресс едва ли ограничивается северной Европой: Румыния может похвастаться крупнейшей в Европе ветряной электростанцией на суше; Польша производит электрические автобусы; а Австрия лидирует, когда заходит речь о “зеленых” зданиях.

Но, как все чаще признают европейские лидеры, настало время для быстрых действий. Это означает, что переход к низкоуглеродной экономике – с нулевыми выбросами углерода к 2050 году – станет важнейшим европейским нарративом.

Для граждан Европы это послужит мощным сигналом того, что их лидеры к ним прислушиваются, одновременно побуждая другие страны к выполнению своих обязательств, взятых ими на себя в рамках Парижского соглашения по климату от 2016 года. Являясь крупнейшим мировым рынком, ЕС имеет значительное влияние и рычаги воздействия. Если в течение следующего десятилетия он увеличит объемы “зеленых” финансов, возобновляемых источников энергии и благоприятного для климата транспорта, остальной мир быстро получит послание, что переход к низкому уровню выбросов углерода неизбежен – и ускоряется.

После состоявшихся в этом месяце выборов в Европейский парламент открывается прекрасная возможность для установления зеленого перехода, который в качестве общей европейской цели пойдет на пользу всем. В идеале, это произойдет к сентябрю, когда состоится конференция ООН. С разумной, последовательной и единой стратегией ЕС мог бы обеспечить модель ответственного экономического роста в двадцать первом веке. А время идет.

Конни Хедегаард служила Европейским комиссаром по климатическим действиям с 2010 по 2014 год.

Copyright: Project Syndicate, 2019.
www.project-syndicate.org

Конни Хедегаард
Оставить комментарий

Общество

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33