вторник, 29 сентября 2020
,
USD/KZT: 412.24 EUR/KZT: 470.98 RUR/KZT: 5.81
Доллар рухнет в ближайшее время? Директора "Наццентра экспертизы лекарств" антикоры обязали носить браслет слежения Кадыров призвал мир остановить армяно-азербайджанский конфликт В Германии не поддержали идею вступления Украины в ЕС и НАТО Сгоревший в Шанхае «Боинг» может обойтись казахстанской компании в кругленькую сумму Карантин в Атырауской области продлен до 12 октября В Алматы раньше на 17 дней включат отопление Армения сообщила о возобновлении военных действий Азербайджана в Нагорном Карабахе В столице начался прием документов на арендное жилье с правом выкупа Россия планирует укреплять атомную отрасль Ертаев вспомнил про совесть и трудное детство Лукашенко прокомментировал предложение президента Франции уйти в отставку Глава МВД завел страничку в фейсбуке NYT: Трамп не платил налоги 10 лет Назарбаев открыл аэропорт в Туркестане Узбекистан договорился о поставке 35 млн доз российской вакцины против коронавируса Сирия обвинила Турцию и США в оккупации территории Казахстан потратил на гуманитарную помощь полмиллиарда долларов В автомобилестроение инвестируют 261 млрд тенге Казахстан призывает к миру Азербайджан и Армению Почему новый аким Темиртау ездит на Land Cruiser 200 вместо служебного Chevrolet Captiva? «Митинг Аблязова» прошел в Алматы и Нур-Султане Куда ушла Бюрабекова? Президент признал, что сферу первичной медицинской санитарной помощи упустили Ким Чен Ын официально извинился за смерть южнокорейского чиновника

Имеет ли население право на информацию о тестировании на COVID-19?

«Почему у нас такой низкий процент обследованного населения? А потому, что одна часть информированных людей (врачей) не могут получить доступ к тестированию, а другая часть населения боится сдавать анализы», - утверждает кандидат медицинских наук Ирина Акижанова, опубликовавшая видеообращение к Минздраву РК. 

Ненависть к соседу

Видеообращение известного алматинского врача с призывом к чиновникам от медицины пересмотреть принципы карантина наделало большой шум в обществе.

- Сейчас я живу в «реально напряженном поле». – говорит доктор. -  У нас, в радиологии, напряженность МРТ измеряется в теслах. Так вот, вокруг меня она стало  зашкаливать за 10 тесла: передачи на отечественных каналах, отрывки цитат без привязки к контексту в соцсетях, требование убрать пост... А я-то говорила на самом деле о пересмотре карантинных мероприятий, и о том, что у граждан Казахстана  лимитирована возможность тестирования на коронавирус. Дефицит информации и разъяснений о текущей инфекции привел к тому, что  огромное количество людей живет в невероятном страхе. За счет этого у населения нарастают панические атаки, депрессии, развивается склонность к инфарктам, инсультам, и, как пишут СМИ, -  ненависти и волчьей агрессии к соседским семьям, членов которых увезли в инфекционку.

Множество людей, опасаясь заразиться, практически перестали общаться с родными пожилого возраста. Большие потоки пациентов, страдающих заболеваниями, не связанными с этой инфекцией, из-за внутреннего страха и чрезвычайно жестких карантинных условий не могут попасть к профильным докторам, часть поликлиник закрылись. Люди не могут получить лекарства, которые выдавались в амбулаторной сети, и как следствие - происходит  обострение соматических патологий. Например, у меня есть пациенты, чье состояние я корригирую в течение  трех, пяти  и 8 лет. Это и суставные проблемы, включая ревматоидный артрит, и последствия тяжелых ДТП, и дети из группы риска - с врожденной тяжелой патологией костей, суставов и с ДЦП. А теперь они, получается, остались без  адекватной медицинской помощи.

Если бы тестирование на КВИ было доступным и своевременным для населения, то уже началось бы формирование трех групп. Первая  - это  люди, не имевшие контакта с инфекцией,  а следовательно не имеющие АТ-антитела на  covid-19.  Вторая –  люди с позитивным тестом на него, то есть у них обнаружен иммуноглобулин М. Но это вовсе не означает факт заболевания, а только то, что они  уже инфицированы - в течение двух недель у них  будет формироваться иммунный ответ. В этот период человек должен находиться в максимальной самоизоляции. Госпитализации должны подвергаться только те из них, у кого есть клинические проявления острой респираторной инфекции: температура, кашель, задержка дыхания. Именно эти люди являются вирулентными – они могут передать инфекцию кому-то через кашель или чихание.  

И третья группа   – те, в чьей в крови на фоне уменьшения иммуноглобулина М выявлен также  иммуноглобулин G. Это означает, что  у них уже выработался иммунитет - антитела к сovid-19. Эта категория может быть  полностью освобождена  от карантина. Однако у нас до сих пор не сформирована электронная база этих людей. Почему это важно сделать уже сейчас? Потому что те, у кого сформирован иммунитет к  covid-19, могут безопасно для себя и окружающих работать с людьми! Именно на них нужно делать ставку, чтобы снять огромное напряжение. Кстати, почему у нас такой низкий процент обследованного населения? А потому, что часть информированных людей, типа меня (расскажу об этом ниже), не могут в течение 6 недель получить доступ к тестированию, а другая часть населения боится сдавать анализы. Ведь если  у них обнаружат иммунноглобулин, то, не объясняя, какой выявлен тип - М (потенциальный больной) или G (человек, имеющий антитела), повезут в инфекционный стационар. А последние предназначены между  для госпитализации людей с клиническими проявлениями вирусной инфекции средне-тяжелой и тяжелых форм.

Кроме того, через несколько месяцев, как прогнозируют ученые-вирусологи,  возврат инфекции не исключен! Следовательно, надо готовиться  к еще одному карантину. Поэтому я и говорила в том своем выступлении, что если у меня сформировался иммунитет, то не держите меня на карантине. Дайте мне сейчас возможность оказывать помощь пациентам по моей специальности, и сдать свою плазму с антителами, как донорскую для формирования банка плазмы на случай тяжелых форм коронавирусной инфекции у пациентов из групп высокого риска.

Вот основные месседжи, которые я хотела донести до всех.  То есть я против бездумного карантина и нелогичных мероприятий, которые требуют неимоверных усилий от тех, кто задействован в борьбе с инфекцией. Однако мое весьма эмоциональное выступление в соцсетях – это не политические игры. Это обратная связь от простых врачей, работающих «в поле», и простого населения, находящегося под стрессом – от нагнетаемого страха, неизвестности, потери средств к существованию. 

Услышьте же меня!

Хочу вернуться к началу апреля, когда медработников из ЦКГБ, оказавшихся в затруднительной ситуации после выявления у части из них коронавируса, вывозили в «зону карантина» - в санаторий «Коктем». Я думаю, никто не измерял в децибелах силу эмоций заведующей гинекологией, выступавшей в ютубе от имени коллектива, обвиненного в несоблюдении санитарно-эпидемиологических правил. Мы все сочувствовали и переживали и за нее, и за всех пострадавших медиков. Министр здравоохранения Елжан Биртанов их услышал, направив комиссию в ЦГКБ, за что ему огромное спасибо. Также он чутко отреагировал на проблемы врачей и пациентов полгода назад, когда  лично приезжал в реабилитационный «АРДИ». Вот это и есть адекватная обратная связь, когда слышат «рядовых».

И  в этот раз  я тоже надеялась, что меня услышат и хоть кто-нибудь из чиновников от медицины свяжется со мной и попробует разобраться  с проблемами, которые  я подняла. Мне позвонили очень много врачей со словами поддержки. Они сказали, что испытывают те же самые сложности. Но от тех, для кого предназначался мой месседж, поступили только звонки с требованием убрать пост. Более того, меня попытались выставить противником карантинных мероприятий. Но это ложь.

Хочу сказать всем, что у моей эмоциональности имеется предыстория. Чуть более месяца назад мой сын, студент одного из университетов США (где он, моя материнская гордость, учится на грант), вернулся в срочном порядке домой, в Алматы. Сделать это было непросто. В тот критический период все авиакомпании начали отменять рейсы, многие страны закрывали границы. Он пересдавал билеты несколько раз. Когда уже находился в пути, были две внештатные  посадки в Канаде и Турции, ему пришлось 1,5 суток провести в аэропорту.

Все это время я жила в стрессе. Представляете мое состояние, когда с очередного стамбульского рейса пассажиров увозят в инфекционный стационар, так как среди них был выявлен заболевший covid-19 в острой форме. Наконец, сын в Алматы. Возле двери, откуда выходили прилетевшие, стоял «человек  при исполнении», но без маски.

Мы ждали минут 20 каких-либо указании от какого-нибудь официального лица. Не дождались. В последующие три недели к нам только дважды позвонили: некая женщина (видимо, из районной поликлиники) узнавала о температуре у сына. Потом я сама пыталась связываться с лабораториями, чтобы они в срочном порядке взяли у сына ПЦР-анализы или хотя бы ИФА - иммуноферментный анализ инфекционных заболевании. Обещали перезвонить. Не перезвонили.

А теперь представьте, в каком состоянии я принимала пациентов? Я, конечно, надевала и маску. и перчатки, к счастью, катаральных явлений у меня не было. Но, по- моему, были все показания для назначения мне  и сыну анализов. Я не говорю про «золотой стандарт» - дорогую ПЦР, но хотя бы экспресс-анализы. Связалась с администрацией клиники «Сункар», чтобы сдать их  частном порядке. Но  директор (креативный и уважаемый в Алматы врач) на то время не мог ничем мне помочь. Он сказал, что не может пока получить разрешение на проведение тестов, хотя готов вложить свои деньги.

Из лаборатории «Олимп» со мной связались на третьи сутки после того, как я заполнила анкету на  официальном сайте для людей, желающих сдать экспресс-тесты. Но к этому времени я уже оказалась в карантине: в нашем подъезде нашли выявили человека с положительным тестом на коронавирус.

 А в минувший четверг (23/04) ко мне приехал экскорт из трех машин, из которых вышло около 12 человек. Попросили спуститься вниз. Я 35 минут стояла перед поручнем, который перекрывал подъезд, а они все обсуждали, как будут брать у меня кровь на анализ. Потом, ссылаясь на некие нормативы, по которым их могут оштрафовать, уехали.

 Теперь у меня вопрос: если у меня нельзя брать кровь, то зачем они приезжали? Может, вначале  надо было согласовать это, а потом выезжать на точку  в противочумных костюмах и масках? Сколько было потрачено  денег в очередной раз из городского бюджета за этот маскарад? Лучше бы уж тесты закупили на них и раздали несчастным людям, запертым в подъезде.

Вот еще один пример из этой же серии. Когда медперсонал ЦГКБ группами вывозили в одном автобусе в санаторий «Коктем», часть пациентов отправили домой вместо того, чтобы также поместить в изоляцию. Посчитайте, с каким количеством людей они успели поконтактировать при выписке, при вхождении в подъезды своих домов?! В этом потоке был и мой пациент – травматологического профиля. Проходит 12-14 суток и  ИФА показывает у него позитивный результат на коронавирус. И опять экскорт с мигалками понесся закрывать очередной подъезд. И это, повторяю, спустя две недели после выписки пациента из стационара ЦКГБ.

А далее человеку, у которого нормальная  рентгенография, отсутствуют клинические симптомы, не объясняя, какой именно иммуноглобулин у него выявлен – М или G, назначают дорогой препарат  АЛУВИА «из тяжелых в плане возможных осложнений». В переводе на обычный язык - последствия непредсказуемы. А ведь пациент, возможно, является просто реконвалесцентом (больной на стадии выздоровления) или же болезнь проходит у него в легкой форме, а, может быть, у него уже вообще формируется нормальный, адекватный иммунный ответ без клинических проявлении, то есть он даже и не больной.

Если бы этому пациенту сделали  в ЦГКБ  ПЦР-анализ накануне выписки и подтвердили наличие вируса, то - пожалуйста, изолируйте сразу! Почему же это надо делать две недели спустя? Неужели для того, чтобы, выбросив на ветер кучу денег, запереть весь подъезд на карантин? В чем люди-то виноваты?

Но если у человека ИФА (иммуноферментный анализ) показал положительный результат, но чувствует он себя здоровым, может, стоит его, как это делают  в других странах, – оставлять дома на самоизоляции? Если уже так опасаются, что он нарушит режим, то достаточно поставить у него дома самую дешевую видеокамеру. 

Без вскрытия

То, о чем я говорила в своем видеобращении в соцсетях, было подтверждено на состоявшемся в субботу онлайн веб-семинаре с участием отечественных ученых – гигиенистов, эпидемиологов, микробиологов, специалистов в биомедицинской инженерии. Так вот, эпидемиолог Айым Кайырлыкызы подтвердила сделанное мною ранее заявление о том,  что  аналитической оценки «серологического» статуса населения» на covid-19 в РК нет. По ее словам, звучат «абсолютные цифры», которые не имеют отношение к математическому анализу сложившейся ситуации. Для этого должно быть обследовано не меньше 70% населения.

 И кстати, участники веб-семинара, мягко говоря, глубоко разочарованы тем, что даже в случае эпидемии covid-19, а именно так называется текущая ситуация, утверждение грантов, смет и других финансовых фундаментальных механизмов для проведения собственных казахстанских разработок в вирусологии и эпидемиологии, продолжают находится в бюрократическом, непростительно длинном  коридоре. Например, на определенные научные гранты, посвященные изучению covid-19, выписывается финансирование на 2021 год!

А последняя новость, прозвучавшая из уст директора департамента контроля качества и безопасности товаров и услуг (ДККБТУ) по Алматы (главный врач СЭС) Жандарбека Бекшина и вовсе странная. Она потрясла многих врачей. Отныне умершие от covid-19 пациенты будут «избавлены от аутопсии» или вскрытия.  То есть если в одной реанимации умирает два пациента - оба от перитонита, но  у одного  отрицательный результат на covid-19, а другой –  положительный, то одному будут проводить аутопсию, а другому – нет. Но в таком случае мы никогда не узнаем, от чего реально умер пациент с позитивным анализом на covid. После этого заявления я еще раз убедилась, что мои повышенные эмоции были оправданны. Окончательный диагноз устанавливается только на аутопсии (вскрытии). Это золотое правило в медицине.  Ссылки на судмедэксперта из КНР, производившего аутопсию умершему с поизтивным covid, неубедительны. К примеру, мой коллега много лет назад оперировал абсцесс почки. Струя гноя попала ему на в лицо и на глаза. Через месяц он умер от абсцесса мозга. Так что ж теперь – не оперировать таких пациентов? Или все-таки нужно разработать новые стандарты защиты врача от инфицирования во время врачебных манипуляции.

Однако закончить все же хочу на оптимистичной ноте. Я очень верю, что большинство людей в правительстве все-таки заинтересовано в скорейшей победе над эпидемией и в сохранении экономической, а значит, и стабильной политической ситуации в РК.

Общество

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33