вторник, 01 декабря 2020
,
USD/KZT: 412.24 EUR/KZT: 470.98 RUR/KZT: 5.81
Казахстанские НПО подверглись налоговым репрессиям Эстония планирует восстановить пограничный мост с Россией В Казахстане запущена "Первая гибридная инклюзивная школа" Лукашенко сообщил об экономической войне против ЕАЭС В Казахстан стали меньше присылать денег В Японии оценили ущерб переноса Олимпийских игр на 2021 год В Алматинской области два назначения Китайские ученые предположили, что коронавирус впервые мог появиться в Индии На Кашагане добыли 50-миллионную тонну нефти Администрация пресс-службы Байдена будет состоять только из женщин Где находится Булат Утемуратов Боевики в Нигерии напали на фермеров Казахстан вошёл в тройку стран, куда Россия больше всего экспортирует несырьевую продукцию Kaspi.kz поддержит развитие национальных природных парков Казахстана Трамп подозревает Минюст и ФБР в фальсификациях на президентских выборах в США На «Казгермунае» должны добыть еще 200 тысяч тонн нефти В Минске задержали участников воскресных протестов Дочь Сагинтаева имеет статус EIP-клиента О решении ОСДП не участвовать в выборах: «проиграть не начав бороться - удел трусов» Тихановская примет участие в церемонии инаугурации Байдена Скандал в Уральске: мама прокурора стала владельцем пяти земельных участков В ЕС нашли сходства между Лукашенко и Мадуро Садыр Жапаров выступил за сохранение официального статуса русского языка в Кыргызстане Чиновников из минэнерго и акиматов подозревают в коррупции Суд в Турции приговорил 337 человек к пожизненному сроку за попытку переворота в 2016 году

Массовые протесты – последнее средство демократического сопротивления

Ричард К. Шервин

Массовые протесты — последнее средство демократического сопротивления. Основатели Америки понимали это. Вот почему «право народа мирно собираться и ходатайствовать перед правительством о рассмотрении жалоб» является одной из первых гарантий в «Билле о правах» США.

Недавние вызовы демократическим институтам и процессам в Соединенных Штатах подняли фундаментальные политические и правовые вопросы, на которые у всех либеральных демократий должны быть убедительные ответы. Когда военачальникам следует отказаться от исполнения президентских приказов, которые они считают неконституционными? В какой момент полиция принимает на себя ответственность за делегитимизирующие последствия расизма? Почему для журналистов правда должна быть важнее внешнего нейтралитета? При каких обстоятельствах слова или изображения, намеренно используемые вопреки очевидным фактам, утрачивают право на защиту со стороны закона?

Проблемы, стоящие перед США, дают некоторые ориентиры. Генерал Марк Милли, представитель высшего военного командования Америки, обоснованно извинился за участие в помпезной прогулке президента Дональда Трампа по площади Лафайет в Вашингтоне. Мало того, что для изгнания мирных протестующих применялись слезоточивый газ и резиновые пули — Трамп явно использовал армию в качестве пешки во внутренней политике.

Точно так же есть основания согласиться с употреблением слова «убийство» шефом полиции Детройта Джеймсом Крейгом для описания умерщвления миннеаполисской полицией Джорджа Флойда, невооруженного темнокожего мужчины. Офицер-виновник и трое его коллег должны были знать, что сдавливания коленом шеи человека в течение более чем восьми минут достаточно для того, чтобы он задохнулся. Поскольку логично сделать вывод о преднамеренности такого акта, то логично и предъявить обвинение в убийстве (при условии согласия с тем, что жизнь чернокожего что-то значит).

Вскоре после этого New York Times опубликовала редакционную статью сенатора США Тома Коттона, убежденного сторонника Трампа, с призывом к федеральному правительству применить «Закон о восстаниях» от 1807 года и использовать вооруженные силы для подавления общественных протестов. Редакционная коллегия газеты впоследствии отказалась от этого комментария, возложив вину за решение опубликовать его на недостаточную проверку фактов в связи с тем, что Коттон ложно охарактеризовал протестующих как анархистов и «преступников-нигилистов».

Распространение дезинформации не следует путать с защитой «разнообразия точек зрения». Те, кто утверждают, что со лживыми речами лучше всего бороться словами же, — вероятно, правы, при условии, что речь идет о выражении реальных мнений или идей. Именно при помощи слов была разоблачена попытка Коттона ввести в заблуждение читателей, что поставило под сомнение решение Times опубликовать его статью. Но в качестве ответа на речи или образы, служащие исключительно для разжигания насилия или иных преград к честному общению, слова бесполезны.

Замаскированная и незамеченная политическая дезинформация, визуальные «глубокие фейки» и злонамеренные мистификации каждый день во множестве плодятся в Facebook, Twitter и других социальных сетях. Демократии должны быть в состоянии защитить себя от использования слов или образов, которые сознательно сеют замешательство и недоверие, чтобы прекратить публичные дискуссии на эту тему. Верховный суд США постановил, что защита Первой поправки к Конституции не распространяется на высказывания, угрожающие скорым насилием. Это ограничение должно применяться как к «боевым командам», так и к словам-помехам, которые разрушают важнейшие условия общения как такового.

Все эти недавние вызовы демократическому управлению имеют общий знаменатель — бесчестность. Распоряжение, нарушающее основополагающие принципы самоуправления — это бесчестность. Расизм при несении полицейской службы — это бесчестность. Пренебрежение со стороны независимой прессы обязанностью говорить властям правду — это бесчестность. Сеять замешательство и недоверие путем преднамеренного распространения дезинформации — это бесчестность. Политизировать независимые агентства — бесчестность.

Бесчестность в таких масштабах угрожает блокировкой конституционных механизмов, существующих для ограничения чрезмерной концентрации полномочий у какой-либо одной ветви власти. Она также создает угрозу разрушения общественного договора в более широком смысле, подрывая общие демократические ценности, на которых базируется легитимность государства.

Когда президент призывает армию к подавлению инакомыслия, люди — главный источник государственной власти — становятся врагами государства. Аналогично, когда президент порочит журналистов и угрожает им, свободная пресса — лучший хранитель «каждого из наших прав», как говорил Джеймс Мэдисон, — становится, по словам Трампа, «врагом народа».

Наконец, когда исполнительная власть использует министерство юстиции, чтобы вознаградить политических союзников (таких как бывшие советники Трампа Майкл Т. Флинн и Роджер Стоун) и изгнать тех, кого считает врагами (как, например, бывший директор ФБР Джеймс Коми и прокурор США Джеффри С. Берман), равенство перед законом и верховенство закона тоже переходят в разряд врагов. А когда политический процесс назначения федеральных судей ставит лояльность по отношению к главному исполнительному органу выше верности закону и приверженности беспристрастному принятию решений, утрачивается доверие ко всей судебной ветви власти.

Чем дольше не пресекается это разделение на друзей и врагов, тем глубже кризис легитимности. Поэтому важно положить конец бесчестности государственной власти. Но простого выявления злоупотреблений властью недостаточно. Защитники демократии также должны обеспечить весомые коллективные действия в ответ на любое нарушение.

Массовые протесты — последнее средство демократического сопротивления. Основатели Америки понимали это. Вот почему «право народа мирно собираться и ходатайствовать перед правительством о рассмотрении жалоб» является одной из первых гарантий в «Билле о правах» США.

Если республика не может или просто не дает себе труда защититься от наглых бесчестных действий, ее дни сочтены. Возможно, цена свободы — действительно вечная бдительность, но тирания терпит крах только тогда, когда достаточное количество граждан готовы ей противостоять. Американцы должны продолжать смело защищать и укреплять демократические институты, от которых зависит их свобода — как многие из них и поступали на протяжении последних месяцев.

Ричард К. Шервин — профессор права и директор проекта «Наглядное убеждение» в Юридической школе Нью-Йорка. Он является соредактором (вместе с Даниэль Селермайер) книги «Культурная история права в современную эпоху» (издательство Bloomsbury, 2019 г.).

Copyright: Project Syndicate, 2020. www.project-syndicate.org

Оставить комментарий

Общество

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33