суббота, 16 февраля 2019
Туман -3.1, Туман
USD/KZT: 377.62 EUR/KZT: 426.03 RUR/KZT: 5.67
Михаил Ломтадзе: «Это событие не отразится на казахстанской компании» Право на отставку: Конституционный Совет ответил Назарбаеву Михаил Горбачев об афганском синдроме Госдумы Акимат Астаны о том, что делается для «качества жизни» Сенат США уточнил потенциальные санкции относительно России В столице многодетные матери требуют встречи с первыми руководителями Астаны Дарига Назарбаева: «Где вы все были? Почему проглядели?» Блумберг против второго срока Трампа Ашгабад молчит на запросы Душанбе Аким Алматы создает сервисный центр многодетных матерей Ведущие мировые агентства подняли кредитный рейтинг России Госдолг США не думает уменьшаться Миноритарии «Казахтелекома» подают в суд Турки озабочены китайскими технологиями «перевоспитания» Чиновников министерства общественного развития «приговорили» к штрафу Саакашвили опять готов сменить власть в Грузии В Армении снова революция Министр проинформировал о том, что никакого «транзита власти» еще нет Токаев сообщил об «искушениях» ЕАЭС «Цеснабанк» теперь контролирует First Heartland Securities Турки против французского Дня памяти геноцида армян Министр обещает уже в этом году 80% отечественного авиакеросина О чем говорил в Конгрессе лидер супердержавы Назарбаев сказал послам о необходимости ДРСМД Глава МИД РФ не слышал о единой валюте

Кого любят и ненавидят в казахстанском сегменте Facebook?

Эта социальная сеть выполняет своего рода роль общественной жалобной книги и служит целям коллективной психотерапии. В Facebook сегодня сосредоточена самая активная часть гражданского общества. Именно здесь власть получает реальную информацию о том, как общество реагирует на те или иные события. 

 

 

MediaNet и Фонд Конрада Аденауэра представили в Алматы данные проведенного в Казахстане исследования о влиянии социальных сетей на общественные процессы. В качестве предмета исследования был выбран Facebook, где сегодня идут самые активные дискуссии по наиболее актуальным и проблемным вопросам. По большому счету Facebook помогает властям Казахстана, так как именно здесь канализируется общественное недовольство и происходит необходимый выпуск пара. Вместе с тем общая невротичность ведет к росту языка вражды в соцсетях, именно этот аспект был подробно изучен исследователями, рассказал писатель, главный редактор factcheck.kz Павел Банников.

Он пояснил, что Facebook был выбран по ряду причин. Во-первых, именно в этой социальной сети наиболее активны казахстанские медиа, а также чиновники различного уровня. Во-вторых, контент, публикуемый именно в Facebook, часто становится новостным поводом, как для местных, так и для республиканских медиа, и многие публичные заявления официальных лиц впервые публикуются также в этой сети. Контент, публикуемый в других социальных сетях, в гораздо меньшей степени влияет на казахстанское общество или не влияет вовсе, несмотря на более активное присутствие в них казахстанских пользователей. Так, количество казахстанских пользователей ВКонтакте превышает число таковых в Facebook более, чем в два раза - 43% против 19% по данным исследования «АСТ Казахстан». Но именно Facebook регулярно становится источником новостей и является полем для публичного высказывания и общественного обсуждения как наиболее острых проблем казахстанского общества, так и политического дискурса в целом. Для анализа были выбраны посты так называемых лидеров мнений казахстанского общества.

Социолог Серик Бейсембаев подчеркнул, что язык вражды - это концепт, охватывающий широкий спектр дискриминирующей, антагонистической, нетолерантной речи, встречающейся в отношении отдельных социальных групп, чаще всего меньшинств. В условиях бурного развития интернет-технологий, а также общей смартфонизации «цена» языка вражды значительно возросла. Теперь это уже не просто проявление недоброжелательных намерений, убеждений отдельно взятых людей, но и важный фактор социальной жизни. Как показывает опыт некоторых стран, однажды опубликованный текст, содержащий язык вражды, может иметь непредсказуемые последствия, вплоть до открытых проявлений ненависти в реальной жизни.

По его словам большинство публикаций, содержащих язык вражды, можно отнести к «мягким» способам дискриминации этнической или религиозной группы. Наиболее распространенная разновидность – это создание негативного образа этнической или религиозной группы. Главным образом, речь идет об упоминании представителей той или иной общины в привязке к обсуждаемым ситуациям либо событию. Сразу несколько публикаций были посвящены созданию негативного образа индийцев и китайцев, приезжающих в Казахстан на работу. Прямого призыва их дискриминировать не было, однако, тон публикации оправдывал враждебное отношение к иностранным рабочим в целом. Эксперт заметил, что посты появились после резонансного конфликта между рабочими на строительной площадке «Абу-Даби плаза» в Астане. Ключевой особенностью этого типа языка вражды является то, что его трудно распознать с первого раза. Тексты здесь как бы носят нейтральный характер, а само упоминание этнических групп, пусть даже с обидными прозвищами и эпитетами, легко вписывается в привычные в бытовой речи обороты.

Следующий распространенный тип языка вражды – это противопоставление разных социальных групп друг другу и подчеркивание конфликтных различий между этническими, языковыми и иными сообществами.

Наиболее частое противопоставление происходит по языковому признаку. Объект вражды – граждане Казахстана, не знающие казахского языка. Тональность текстов варьирует от сочувствующей («Русскоязычным неказахам еще меньше выбора. Надо становиться казахами... Себе дороже будет») до обвинительно-угрожающей («Қазақ тілін менсін-бейтін, елемейтіндердің дәурені бітті» – «Закончилось время тех, кто не уважает и игнорирует казахский язык»).

Основной посыл заключается в том, что незнание казахского языка имеет или будет иметь негативные последствия, поэтому лучше сейчас озаботиться его изучением.

По сравнению с первыми двумя категориями, гораздо реже встречается упоминание собственной этнической, языковой или иной группы в уничижительном тоне. Главное отличие этого типа языка вражды в том, что его объектом становится не «другая», а  «собственная» группа. Типичный пример – это сокрушения авторов по поводу нелицеприятных, неприемлемых черт своего народа – «нет-кен бишара елміз» (что мы за беспомощный народ). Спекуляции на эту тему пользуются большим спросом у аудитории. Пост одного автора, описавшего своих сограждан «угрюмыми и недовольными» набрал около 2 000 лайков. И тип языка вражды – это упоминание этнической или религиозной группы или ее представителей в унизительном или оскорбительном контексте.

Серик Бейсембаев считает, что явное преобладание в выборке «мягкой» дискриминации вместо «жесткой» не может быть причиной для спокойствия. Тиражируя даже безобидные на первый взгляд этнические стереотипы и клише, лидеры мнений запускают маховик ксенофобии в социальных сетях,  который уже не остановить. Показательно, что уже в первой десятке комментариев появляется явное дискриминирующее высказывание в адрес обозначенной этнической или религиозной группы, хотя сам автор, возможно, высказался довольно корректно.

«Очевидно, что в онлайн-среде уже произошла определенная «нормализация» языка вражды в адрес отдельных этнических групп. Чаще всего это этнические меньшинства в стране или ближайшие соседи, уже одно упоминание которых обуславливает появление целого ряда негативных стереотипов в комментариях. Такая ситуация является отражением более широкого социального процесса, связанного с этнизацией сознания и укреплением ксенофобских установок на фоне некоторых политических событий. С некоторыми оговорками можно отметить сравнительно большую распространенность в казахскоязычном сегменте Фейсбука «жесткого» языка вражды, предполагающего явную этническую или религиозную дискриминацию. Практически все посты, содержащие агрессию по отношению к публичным персонам, а также призывы к насильственным действиям были опубликованы казахскоязычными авторами. Показательно, что в лице отдельных социальных групп уже сложился четкий образ врага. Это, главным образом, казахи, не говорящие на казахском, китайцы и салафиты. Воспроизводство токсичного нарратива в адрес указанных категорий уже стало мейнстримом, воспринимаемым как естественный порядок вещей», - сказал Серик Бейсембаев. .

Лингвист Рахиля Карымсакова отметила, что сейчас в законодательстве об экстремизме лексемы ненависть,  вражда и рознь используются как синонимичные, тесно взаимосвязанные, однако между этими явлениями есть серьезное различие: ненависть – это психологическое состояние, вражда же – деятельность или готовность к деятельности.  Анализ текстов, рассмотренных на предмет реализации признаков экстремизма, показал, что важным этапом убеждающего воздействия в исследованных материалах является возбуждение психики адресата. В правовом аспекте понятие «возбуждение» использовано в формулировках уголовного закона (возбуждение социальной, национальной, родовой, расовой, сословной или религиозной розни). В антиэкстремистском законодательстве используется понятие «разжигание», синонимичное понятию «возбуждение» (разжигание социальной, сословной розни (политический экстремизм); разжигание расовой, национальной и родовой розни, в том числе связанной с насилием или призывами к насилию (национальный экстремизм); разжигание религиозной вражды или розни, в том числе связанной с насилием или призывами к насилию, а также применение любой религиозной практики, вызывающей угрозу безопасности, жизни, здоровью, нравственности или правам и свободам граждан (религиозный  экстремизм).

В связи с этим особую тревогу вызывают отдельные приговоры судов по делам о возбуждении религиозной вражды, рассмотренные в 2015–2017 годах. По данным Комитета по правовой статистике и специальным учетам Генеральной прокуратуры, с 2015 по 2017 годы по статьям 174 и 256 УК РК осудили 205 человек, из них 69 человек по 174 статье, 136 – по 256 статье.

«Анализ спорных информационных материалов по некоторым из этих дел неизбежно подводит к сугубо нелингвистическим вопросам: может ли запрет информационных материалов относиться к целому религиозному течению, учению?», - задается вопросами лингвист.  

Она отметила, что мониторинг показал наличие внутриэтнического конфликта среди казахов, проходящего по линии основного используемого языка (русского или казахского). Данный конфликт легко может стать предметом и орудием манипуляции. Возникает необходимость обсуждения этого конфликта на общественном уровне. Обсуждение его на уровне законодательства видится экспертам нежелательным, поскольку может привести к запретительным мерам, что может не только не минимизировать проблему, но и привести к усилению конфронтации.

В заключении авторы исследования отметили, что большой проблемой при рассмотрении судебных дел по статьям, связанным с использованием языка вражды, является порядок проведения судебной экспертизы. Привлекаемые к экспертизе специалисты не имеют необходимых компетенций для вынесения экспертного суждения. Данные официальной и независимой экспертиз часто разнятся именно по этой причине. На сегодняшний день методика судебной психолого-филологической (лингвистической) экспертизы по делам о словесном экстремизме не является достаточно точной и практически обоснованной. По мнению экспертов, она требует коренной переработки с учетом последних научно-практических достижений в области лингвистической экспертологии. Неотложной задачей органов судебной экспертизы Министерства юстиции является качественная разработка новой экспертной методики.

Оставить комментарий

Общество

В игорном бизнесе спад В игорном бизнесе спад
Редакция Exclusive
07.12.2017 - 13:12|184 700
«Фридом Финанс»: опасный успех «Фридом Финанс»: опасный успех
Редакция Exclusive
07.12.2017 - 11:49|197 134
Леса могут спасти землю Леса могут спасти землю
Редакция Exclusive
28.11.2017 - 12:51|180 861
Кордай раздора (видео) Кордай раздора (видео)
Редакция Exclusive
27.11.2017 - 15:46|186 420
Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33