пятница, 26 апреля 2019
,
USD/KZT: 379.86 EUR/KZT: 422.97 RUR/KZT: 5.85
Партийное поле России в этом году серьезно подчистят Профсоюзы положились на бывшего сенатора Спикер мажилиса отчитал ведомство Арыстанбека Мухамедиулы за резвость В поисках правды Токаев сдал документы в Центризбирком Зеленский еще не начинал кампанию по роспуску парламента Кандидат от Nur Otan в законных сомнениях Секрет полишинеля: Nur Otan выдвинул Токаева Тест Тимошенко для Зеленского Есть претендент от социал-демократов! Кто легко заплатит за столичный Light Rail? Украинцы честно выбрали шестого президента Акимы могут получить корпоративный подоходный налог МСБ Пророссийский украинец Медведчук дал совет кандидату Зеленскому Чем будет занят Токаев в ближайшие дни «Старший» партнер хочет лишить казахов возможности закупать сахар вне ЕАЭС Крымские оккупанты в Алматы Судьбу Байконура решают только президенты Пекин докладывает о росте экономики В Туркестанской области женщина пытала падчериц? Трамп подразнил в Twitter своих возможных соперников на выборах 2020 года ЕАЭС готовится к системе электронных автопаспортов Charlie Hebdo троллит Макрона, но не символ Франции В России все больше симпатизируют Сталину Полтриллиона отечественным экспортерам

Брексит может спровоцировать развал страны

Срок выхода Великобритании из Евросоюза – 29 марта 2019 года – быстро приближается, но по-прежнему совершенно не ясно, как именно этот выход произойдёт. Принятие решения вскоре станет неизбежным. Это означает, что после двух с половиной лет пассивного дрейфа и гневных протестов настало время для всех сторон в британских дебатах о Брексите стать честными.

Хотя премьер-министр Великобритании Тереза Мэй уже заключила соглашение с ЕС, шансы на то, что оно будет одобрено парламентом до 14 января (срок, который она сама установила), крайне малы, даже несмотря на то, что Мэй отложила голосование на месяц, пытаясь повысить эти шансы. Британия, похоже, всё больше склоняется к выбору между двумя крайностями, каждая из которых предполагает проведение нового референдума.

Первая альтернатива (её поддерживает растущее число депутатов парламента от правящей Консервативной партии, хотя оппозиционные лейбористы официально её пока ещё не одобрили) – провести второй референдум о Брексите. Идея заключается в следующем: с тех пор как в июне 2016 года с небольшим перевесом (51,9% против 48,1%) победу на референдуме одержали сторонники выхода из ЕС, британские избиратели наблюдают за возникшим в результате политическим бардаком и бесконечными уловками, поэтому они могут решить вообще отказаться проводить Брексит. Как бы там ни было, более широкая идея состоит в том, что народ надо спросить ещё раз, раз парламент оказался в тупике.

Второй вариант ещё более экстремален (его поддерживают фундаменталисты в Консервативной партии, в том числе бывший министр иностранных дел Борис Джонсон) – Брексит без соглашения. В этом случае Британия покинет ЕС, сохранив лишь минимальные правовые механизмы для управления будущими отношениями сторон. Как утверждают защитники этого варианта, он даст Британии пространство для реализации выбранной ими повестки дерегулирования и свободного рынка, а также позволит договориться о новых торговых соглашениях с такими странами, как США, Япония и Китай.

Существует также вероятность продления установленного срока, что даст Британии (или, скорее, британским политикам) больше пространства для принятия решения. Но вне зависимости от того, остановят ли часы или нет (в ЕС это практика, проверенная временем), в конечном итоге будет, скорее всего, выбрана одна из двух крайностей.

Для тех, кто (включая меня) выступает за новый референдум, надеясь отменить Брексит, честность означает признание, что – как и в первый раз – победа варианта сохранения членства в ЕС далеко не гарантирована. Последние опросы общественного мнения показывают, что явное большинство избирателей, оказавшись перед выбором между членством в ЕС и выходом на условиях половинчатого соглашения Мэй, предпочли бы остаться в Евросоюзе.

Но на результатах этих опросов сказывается нынешний политический хаос и ситуация в лагере сторонников выхода, который серьёзно расколот. Всё это может измениться, а особенно в том случае, если соглашение Мэй будет окончательно отвергнуто, и сторонники Брексита сумеют объединиться вокруг альтернативного плана.

Но тем, кто выступает за Брексит, честность нужна даже больше, и в их варианте тоже просматривается референдум, на котором они могут проиграть. Сторонникам жёсткого Брексита следует признать, что выбранный ими путь грозит развалом Соединённого Королевства: на референдуме Северная Ирландия может принять решение об объединении с Республикой Ирландия.

Самое главное возражение сторонников Брексита против соглашения Мэй состоит в том, что в этом соглашении содержится гарантия (она получила название «backstop»), согласно которой Британия обязуется делать всё возможное, чтобы не допустить введения вновь физических пунктов пограничного контроля на 300-мильной наземной границе между Северной Ирландией и Республикой Ирландия. На практике это означает, что после Брексита Британия должна будет близко придерживаться норм ЕС в сфере регулирования товаров и сельхозпродукции, не говоря уже о торговых тарифах. Между тем, для сторонников жёсткого Брексита главная ценность выхода из ЕС заключается в восстановлении права Британии устанавливать собственные правила.

После референдума 2016 года дискуссий об ирландской границе пытались избегать, их откладывали и искажали разнообразными фантазиями, например, идеей найти такое техническое решение, которое бы позволяло пересекать границу сравнительно без проблем, или же идеей договорённости, чтобы ЕС и Британия каким-то образом действовали в качестве таможенных агентов друг друга. Однако минимизации пограничного контроля недостаточно. В 1998 году Северная Ирландия вышла из длившейся три десятилетия гражданской войны, которая унесла более 3000 жизней. Для сохранения этого всё ещё хрупкого мира не должно быть вообще никакой границы. И это трудный тест, который не проходит ни одно из предлагаемых решений.

Если сторонники жёсткого Брексита не готовы делать всё возможное для сохранения свободной границы с ЕС в Ирландии, тогда они должны осознать, какими будут вероятные последствия этого. Северная Ирландия захочет тогда сделать выбор (на референдуме), оставаться ли ей в Великобритании или же объединиться с Республикой Ирландия, являющейся членом ЕС. Такой шаг предусматривается Соглашением Страстной пятницы 1998 года, которое положило конец гражданской войне и содержит обещание Британии, Ирландии и ЕС сохранять единое регулирование на территории Ирландии. Более того, это соглашение оставляет открытой возможность воссоединения Ирландии, если на референдуме большинство жителей Северной Ирландии и Республики Ирландия решат, что они этого хотят.

В 2016 году Северная Ирландия проголосовала явным большинством (56% против 44%) за то, чтобы остаться в ЕС. И хотя миноритарное консервативное правительство опирается на поддержку десяти депутатов из Северной Ирландии, которые выступают за Брексит и представляют Демократическую юнионистскую партию, сегодня, по всей видимости, ещё больше североирландских избирателей проголосовали бы за ЕС.

Честные сторонники Брексита, следовательно, должны признать, что выход из ЕС на их условиях вполне может привести к распаду Соединённого Королевства. Практически нет сомнений, что воссоединение Ирландии сделает неизбежным проведение нового референдума о независимости в Шотландии, хотя и нельзя предугадать, чем он закончится. 
В июне, когда Джонсона спросили о страхах бизнес-лидеров по поводу Брексита, он произнёс свое печально знаменитое «К чёрту бизнес» («Fuck business»). Если бы он был честным, он бы демонстрировал такое же грубое пренебрежение к Северной Ирландии и Шотландии. По крайней мере, тогда стало бы сразу понятно, за что именно выступают сторонники Брексита.

Билл Эммотт – бывший главный редактор журнала The Economist, автор книги «Судьба Запада».

Copyright: Project Syndicate, 2019. www.project-syndicate.org

Иллюстрации из открытых источников

Билл Эммотт
Оставить комментарий

Политика

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33