воскресенье, 05 июля 2020
,
USD/KZT: 405.69 EUR/KZT: 455.51 RUR/KZT: 5.72
Китай сокращает этнические меньшинства? Зачем ЕБРР выделил 243 млн.евро КазТрансГазу? 5 400 тенге за вызов скорой помощи Американские студенты проводили вечеринки, чтобы заразиться коронавирусом Казахстанцев пообещали лечить от коронавируса бесплатно В Казахстане за июнь от пневмонии скончались 628 человек В Казахстане наконец начнут лечить препаратом, эффективность которого Китай оценил еще в марте Медработникам столицы вручили госнаграды «Вероятный случай КВИ» появился в Казахстане Выплат населению не будет Как планируется праздновать Курбан айт в случае продления карантина В Казахстане открыли монумент Назарбаеву Биртанова выписали из больницы Армения начнет импортировать нефтепродукты из Казахстана В Казахстане сдача документов в организации образования временно разрешена без предъявления медсправок В Ашхабаде населению раздают противовирусные таблетки Токаев подписал поправки в Налоговый кодекс Лукашенко объявил, что в Беларуси победили коронавирус Мониторинговая группа будет следить за наличием лекарственных средств в аптеках Нур-Султана Shell эвакуирует иностранных сотрудников из Казахстана из-за коронавируса Токаев поздравил Путина с успешным голосованием по поправкам в Конституцию Россия спонсировала талибов? Как новый министр здравоохранения хочет победить коронавирус Совбез ООН принял резолюцию о прекращения огня в мире на фоне пандемии Годовой уровень инфляции в Казахстане составил 7%

Каким будет путинское большинство 3:0

Андрей Колесников, Московский центр Карнеги

Чтобы сохранить себя во власти, Путину необходима – пусть и бумажная, пусть и фиктивная – поддержка большинства. Поэтому неправильно сформулирован вопрос: «А зачем ему все это, если поправки уже приняты?» Ему обязательно нужно с помощью голосования убедить и себя, и «народ» в том, что «большинство 3.0» существует


У россиян – «общий исторический код». Им свойственны такие уникальные качества, как «уважение к человеку-труженику и защитнику Отечества», к «неразрывной, многовековой истории», они ценят память предков, уважают родителей и «незыблемость границ». «И потому, – продолжил Владимир Путин на церемонии вручения государственных наград в День России, – закономерно, что столь часто звучали предложения внести эти фундаментальные, стержневые принципы в Конституцию России. Убежден, что такую позицию разделяет и поддерживает абсолютное большинство наших граждан».

Апелляция к «абсолютному большинству» – важнейший элемент мобилизационной риторики. Она должна помочь легализовать новый статус президента России – руководителя с обнуленными сроками правления. Из кого состоит это «абсолютное большинство», на фоне которого остальные жители России обретают статус не вполне полноценных граждан – меньшинств?

Труженики vs жулики

Сам выбор пяти награжденных медалями Героя Труда в День России четко идентифицирует «правильные» социальные слои.

Глава вертолетного завода, который выжил в «трудные 1990-е» и чья продукция выполняет, в частности, «спецзадания в Сирии». Реальное производство, устоявшее под ударами рынка в тяжелые для родины годы; выдающиеся производственные продукты, способствующие укреплению нашей военной мощи. Абсолютная ценность – военно-промышленный комплекс в советизированном понимании.

Тренер, основатель школы борьбы, воспитавший чемпионов. Это ценность наращивания нашей конкурентоспособности на спортивных полях сражений. Спорт – продолжение гибридной войны иными средствами. Снова вполне советское понимание достижений и успехов.

Представитель легендарной Магнитки, символизирующей связь времен и гордость сталинской индустриализации. Главное – выпускает, как особо подчеркнул президент, «стратегическую продукцию». 

Заслуженный врач. Награжден не только потому, что на дворе пандемия, но и по той причине, что наряду с учителями врачи – основа основ государства. Лечат и учат, как надо. Привлекаются как бюджетники к добровольно-принудительному голосованию и другим акциям имитации массовой поддержки власти.

Наконец, худрук Малого театра. Двойная преемственность: театр с дореволюционной культурой, его руководитель – артист и режиссер, прославившийся в советское время. «С кем вы, мастера культуры?» – этот вопрос десятилетиями разрешался в пользу власти. 

Далее сам Путин перечисляет категории подлинных тружеников: врачи, учителя, деятели культуры, рабочие, фермеры (бывшие колхозники), инженеры (бывшая советская научно-техническая интеллигенция), директора производств (бывшие «красные директора»).

Остальные – не вполне труженики и не совсем представители «абсолютного большинства». Из одного интервью Путина известно, что малые и средние бизнесмены – это «жулики». Поэтому в список тружеников они не попали, равно как и представители современных рыночных конкурентных секторов.

Государственная собственность в списке превалирует над частной собственностью. Бюджетозависимые отрасли, не сильно, к слову, пострадавшие в пандемию или получившие поддержку, доминируют над независимыми налогоплательщиками, так и не дождавшимися внятной помощи от государства. Приоритеты расставлены.

Абсолютное большинство

Демократия – власть народа, рассуждал Путин. Поэтому все должны единообразно подчиняться решениям тех, кто избран большинством или назначен теми, кто избран. А то получается как в Америке – никто никого не слушается.

Это описание системы, которую теперь модно называть «нелиберальной демократией». Впрочем, еще в 1952 году Яаков Талмон назвал ее «тоталитарной демократией». Эта модель и в самом деле предполагает не столько власть большинства, сколько опору власти на большинство. Иногда оно называется словом «народ» – одновременно политически спекулятивным (нация или демос как «воображаемые сообщества», если пользоваться термином Бенедикта Андерсона) и точным с точки зрения конституционного права: народ – источник власти. 

На территории Российской империи, СССР, России времен Путина власть говорит от имени того самого «абсолютного большинства». Отсюда и такое пристрастие к высоким цифрам и плану по валу – столько-то процентов явки надо обеспечить на голосованиях разного порядка и столько-то процентов голосов за.

В результате из выборов голосование в России превратилось в аккламацию – высказывание одобрения власти. В каких пропорциях это одобрение механическое, а в каких агрессивно-послушная поддержка – отдельный вопрос, на который нет ответа. Главное, что апелляция к результатам таких голосований дает власти возможность чувствовать себя и легальной (законно избранной), и легитимной (признаваемой населением в качестве господствующей силы).

Ценностный каркас путинизма

Голосование за поправки важно не только с точки зрения легализации обнуления сроков и мобилизации масс, чтобы стабилизировать рейтинги президента. Это еще и фиксация в Основном законе ценностного каркаса «абсолютного большинства» – оно же в девичестве «путинское большинство», оно же – «крымское большинство».

Фактически речь идет о том, чтобы закрепить в Конституции государственную идеологию. Это противоречит ельцинской части Основного закона, где прямо запрещено доминирование какой-либо идеологии. Но это совершенно не важно, потому что сейчас речь идет, по сути, о второй, совсем новой Конституции – путинской, лишь формально находящейся под одной обложкой с ельцинской.

Ультраконсервативные ценности путинского Основного закона такие же искусственные, как и вымышленное сообщество, фигурирующее под именем «большинства». Это фьюжн-идеология, собранная по частям из осколков советских пропагандистских клише и неуклюжих квазипатриотических банальностей. Как если бы триаду «Ленин, партия, комсомол» соединили с «православием, самодержавием, народностью» графа Уварова.

«Большинство» нужно было еще убедить в том, что без этих ценностей, в число которых входит и максимальное продление пребывания во власти автократа, оно и жить-то не сможет. Что оно было унижено распадом СССР и девяностыми. Что именно эти ценности и близкие государству социальные слои – от первого государственного олигарха до последнего рабочего предприятия ВПК – сделали Россию great again.

Это ценностный каркас не того государства, которое имели в виду авторы Декларации о суверенитете 1990 года, и не того, где начинались в январе 1992-го экономические реформы. Фундамент этой государственной конструкции был заложен в мае 2000 года, во время первой инаугурации Путина. Контуры архитектурного решения (сочетание авторитаризма и государственного капитализма) стали отчетливо видны уже к 2003 году – аресту Михаила Ходорковского и поражению демократических партий на выборах в парламент.

Две версии большинства

«Путинское большинство» было ситуативной конструкцией, не столько идеологической, сколько политтехнологической, собранной ad hoc. Эта версия «большинства» была расслабленной и не сильно мобилизованной, потому что носила сравнительно мирный характер – она была продуктом восстановительного нефтегазового экономического роста начала нулевых.

Сторонников Путина в те годы больше интересовали заграничная недвижимость и рестораны, чем память предков и краснознаменная слава родного ВПК. Среднестатистический путинист больше понимал в оттенках красного вина, чем в игре полутонов красного цвета в имперской истории.

Чтобы пересобрать это большинство, пришлось сделать его военизированным и очарованным до степени одержимости героическими мифами отечественной истории. Как писал Глеб Павловский, «Путин увидел возможность построить народ, как он его понимает. Народ, готовый умереть за Родину». То, что казалось архаичным в XXI веке, стало знаменем Путина. И архаика сработала.

Сначала появилась цель – взятие Крыма. За реализацией цели последовало массово-мобилизационное строительство «крымского большинства», которое укрепилось еще и благодаря тому, что у него появились враги: внешний – Запад, и внутренний – «либералы» (еще одно воображаемое сообщество), поддерживаемые и подпитываемые внешним врагом.

«Народ» – абстрактен, а «враг народа» – конкретен. Негативная основа – ненависть к врагу, синдром осажденной крепости – объединяет. Раз уж нет «прочной марксистско-ленинской основы», то можно сплотиться вокруг агрессивного отношения к враждебному внешнему миру.

В термине Владислава Суркова «глубинный народ» была своя правда, притом что это тоже воображаемая конструкция. «Глубинный народ» – безъязыкая масса, которая, пользуясь глаголом Маяковского, «корчится», не может выразить себя, а язык ей вручает вождь. Он внушает массе, объясняет, что она хочет, о чем думает, какие ценности разделяет.

От Путина безъязыкое «большинство» узнало, что у него есть ценности, не совпадающие с мировоззрением Запада. Вчера «глубинный народ» сводился к коллективному Уралвагонзаводу, а сегодня он – народ-богоносец, с хоругвью в одной руке и автоматом Калашникова в другой. А перед ним – надежный щит Родины, священный союз армии, ФСБ, РПЦ и гиперзвукового оружия.

Большинство 3.0

Со временем объединительный эффект от покорения полуострова начал слабеть, и «крымское большинство» стало снова демобилизовываться и расслабляться, сосредоточилось на внутриэкономической и социальной повестке. Бомбежки Сирии и Марин Ле Пен в Кремле как символ грядущего «взятия Парижа» перестали его возбуждать. Большинство стало ускользать, из камня превратившись в песок.

Тогда возникла задача его, этот песок, заново пересобрать и закрепить клеем. Клеем истории, военной славы, сталинских побед, великой индустрии, православной веры и «государствообразующей нации», перекочевавшей в Конституцию прямо из тоста Сталина 24 мая 1945 года «за русский народ».

Началось все с оправдания пакта Молотова – Риббентропа и теперь должно закончиться фиксацией в Конституции ультраконсервативного мировоззрения и обнуления, а также военным парадом.

Слабая основа для «путинского большинства 3.0» (если присвоить номер 2.0 «крымскому большинству»). Мобилизация бюджетников – это мелко даже по сравнению с демобилизованным «большинством 1.0» времен экономического роста: тогда Путиным были довольны и предприниматели, сейчас – нет, он их бросил в пандемию на волю судьбы.

Тем не менее новая сборка идет как раз по пути упоения былыми победами и беззастенчивой мобилизации бюджетников. Важно показать колеблющимся, на чьей стороне поддержка, чтобы они не думали переметнуться в стан тех, кто в ходе социологических исследований выражает все меньше доверия и одобрения руководству страны.

Власть большинства может быть бумажной. Но важно ее зафиксировать на этой самой бумаге, чтобы в ее существование поверили те, кто пока не знает, к какому лагерю примкнуть. В этом – политтехнологический смысл голосования за поправки.

Навстречу пожеланиям трудящихся

Путин как институт, как политическая сущность не может существовать вне понятий «суверенитет», «безопасность» и «большинство». Суверенитет нужен большинству, чтобы обеспечить его безопасность. Безопасность нужна большинству, чтобы был обеспечен суверенитет. Государство равно «народу», а «народ» не существует вне связи со своим лидером. Лидер обозначается брендом «Путин». На выходе: придуманная спикером парламента Вячеславом Володиным конструкция, где Путин равен России, и наоборот.

Чтобы сохранить себя во власти, Путину необходима – пусть и бумажная, пусть и фиктивная – поддержка большинства. Поэтому неправильно сформулирован вопрос: «А зачем ему все это, если поправки уже приняты?» Ему обязательно нужно с помощью голосования убедить и себя, и «народ» в том, что «большинство 3.0» существует. 

Путин, продлевая свое правление и утверждая власть ультраконсервативной идеологии, этим голосованием берет в сообщники «народ». Если он получит серьезную поддержку – а для этого нужно последовательно нагнетать и явку, и высокие цифры голосования за, – он сможет время от времени показывать недовольной жизнью нации эти цифры как паспорт, как сертификат, как лицензию почти на вечное правление: «Смотрите, не только я и моя администрация, но и вы, прежде всего вы этого хотели! Мы с вами вместе хотели утвердить такую модель правления. Вы разделяете со мной ответственность за нее. Я шел навстречу пожеланиям трудящихся».

Убедительна ли такая конструкция? Российская история референдумов (хотя голосование за поправки нельзя назвать привычными словами «референдум» или «плебисцит») не может похвастаться большими успехами. Всесоюзный референдум марта 1991 года о сохранении СССР не спас Советский Союз. Всероссийский референдум апреля 1993-го не решил проблему двоевластия (противостояния парламента и президента) и не предотвратил гражданскую войну.

В голосовании за поправки-2020 запрограммированы раскол нации, демобилизация «путинского большинства 3.0» и его дробление на сумму ненадежных меньшинств. Не помогут даже нарисованные и полученные с помощью бюджетников впечатляющие показатели – это странное сочетание обмана и самообмана едва ли стабилизирует рейтинги власти, которые начали снижаться сразу после триумфальных для режима президентских выборов 2018 года.

Оставить комментарий

Политика

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33