среда, 24 апреля 2019
,
USD/KZT: 377.33 EUR/KZT: 424.68 RUR/KZT: 5.92
Токаев сдал документы в Центризбирком Зеленский еще не начинал кампанию по роспуску парламента Кандидат от Nur Otan в законных сомнениях Секрет полишинеля: Nur Otan выдвинул Токаева Тест Тимошенко для Зеленского Есть претендент от социал-демократов! Кто легко заплатит за столичный Light Rail? Украинцы честно выбрали шестого президента Акимы могут получить корпоративный подоходный налог МСБ Пророссийский украинец Медведчук дал совет кандидату Зеленскому Чем будет занят Токаев в ближайшие дни «Старший» партнер хочет лишить казахов возможности закупать сахар вне ЕАЭС Крымские оккупанты в Алматы Судьбу Байконура решают только президенты Пекин докладывает о росте экономики В Туркестанской области женщина пытала падчериц? Трамп подразнил в Twitter своих возможных соперников на выборах 2020 года ЕАЭС готовится к системе электронных автопаспортов Charlie Hebdo троллит Макрона, но не символ Франции В России все больше симпатизируют Сталину Полтриллиона отечественным экспортерам Кому и за что дали Пулитцера-2019 Ташкент и Нур-Султан приняли совместное заявление Кабмин пошел навстречу ЦИК не в полном объеме Хозяин Белого дома ворчит на ФРС

Дели способен уравновесить экспансию Пекина в Центральную Азию

В Самарканде прошла встреча министров иностранных дел Центральной Азии и Афганистана, в которой приняли участие представители индийской дипломатии. На этой встрече были заявлены интересы Дели в регионе Центральной Азии. С чем связан разворот Индии в сторону Центральной Азии, какие экономические и политические интересы у Дели в регионе? Об этом Exclusive.kz поговорил с ведущим специалистом Школы восточных и африканских исследований Лондонского университета Бхавна Дейв.

– Есть оценки международных финансовых институтов, включая Всемирный банк, что Индия в XXI веке может стать крупнейшей мировой экономической державой, и что темпы роста в стране могут начать превосходить темпы роста в Китае. Как вам видится эта оценка, вы часто бываете в Индии, знаете страну изнутри, есть ли серьезный экономический рост, заметно ли в первую очередь улучшение благосостояния самого индийского населения? Насколько высока вероятность, что Индия станет первой экономической державой мира?

– Конечно, даже если смотреть на темпы развития в Индии и сравнивать с Китаем, есть очень большая разница. В Индии, если смотреть на инфраструктуру, то она не так развита, как в Китае. Очень многого еще надо достигнуть, но есть оценки, которые показывают, что рост в Индии более устойчивый, чем в Китае.

Есть опасения, что темпы роста Китая уже снижаются, и какая-то социальная напряженность будет чувствоваться. Мы видим демографический застой в Китае, социологи говорят, что уже через некоторое время доля молодежи будет меньше количества пожилых. А в Индии таких проблем нет. Конечно, темпы развития в Китае сейчас гораздо выше. Однако экономический рост и подъем Индии будет влиять на ее роль и стратегию в Центральной Азии.

Многое также зависит от того, какие процессы идут внутри стран Центральной Азии, какая есть потребность в инвестициях. Мы видим, что, например, Таджикистан, Кыргызстан уже очень сильно зависимы от Китая, у них есть большие растущий внешние долги. Под вопросом, смогут ли они полностью контролировать свою экономику. У Казахстана экономика тоже очень зависит от инвестиций из Китая. Вероятно, странам региона необходимо об этом задуматься и диверсифицировать инвестиционные потоки.

– Если говорить все-таки об интересах самих стран Центральной Азии, то можно ли сказать, что они могут воспринимать Индию действительно как некий противовес усиливающемуся влиянию Китая и начать более активное сотрудничество, активную дипломатию, чтобы каким-то образом чрезмерное влияние Китая снизить. И как вы считаете, есть ли риски чрезмерного влияние Китая в регионе?

– Конечно, если посмотреть на внешнюю политику Казахстана, то его политика многовекторная, включает такие полюсы, как Россия, Китай, Индия и США. Астана пытается балансировать между всеми этими державами. И Узбекистан тоже в последнее время проводит активную внешнюю политику. Узбекистан уже давно развивает и продвигает культурные, социальные отношения с Индией. 

Казахстану сложнее балансировать из-за того, что тот же «Хоргос» является одним из ключевых проектов «Одного пояса - одного пути». Индия в то же время сотрудничает с Казахстаном и тоже поддерживает развитие Хоргоса, поэтому здесь нельзя сказать, что Дели рассматривает это сотрудничество как конкуренцию с Китаем. 

Что касается Туркменистана, мы видим, что он очень заинтересован в реализации проекта нефтегазопровода ТАПИ. Но его реализация зависит от дружественных связей между Индией и Пакистаном. 

Но даже если Индии удастся развивать связи с Афганистаном, то все равно, без улучшения отношений с Пакистаном проект не может реализоваться. Есть надежды, что новое правительство Пакистана во главе с Имран Кханом попытается балансировать, и также будет снижать зависимость от инвестиций из Китая. Пакистан понимает, что высокая зависимость от Китая и напряженность в отношениях с Индией не способствует дальнейшему экономическому росту. Есть определенный интерес со стороны премьер-министра улучшать отношения с Дели. В Индии тоже будут выборы в марте следующего года и правительство не будет какие-то крупные решения принимать до того, как они не пройдут. 

Что касается Таджикистана и Кыргызстана, то Индия играет более заметную роль в инвестициях в проектах социального развития, в здравоохранении, образовании в этих странах. 

Большие перспективы есть в сфере туризма между Индией и странами Центральной Азии.

– Мы знаем, что Китай активно инвестирует в центрально-азиатский регион, но он никогда не затрагивает вопросы прав человека, демократии. Индия – это страна, которая была под английским влиянием, где демократические процессы происходят достаточно активно. Как вы считаете, может ли Индия играть заметную роль не только в экономике, но и в развитии демократии и соблюдении прав человека в Центральной Азии или же все-таки Дели не будет поднимать болезненные вопросы?

– Если смотреть, как Индия инвестирует в страны Африки, где Китай и Индия крупные инвесторы, то Дели также особо не подчеркивает проблемы демократии и прав человека. У Индии такой подход, что она активно не вмешивается во внутренние процессы, но, в отличие от Китая, который просто полностью поддерживает правящие структуры и режимы, Индия инвестирует более аккуратно.

Индия, наверное, не будет активно бороться за демократию, и подчеркивать эти ценности, но есть опора на прозрачность в сфере экономики, экономическая деятельность индийских компаний гораздо прозрачнее китайских. Развитие модели в Индии очень отличается от Китая, выборы в Индии пройдут в следующем году и весь мир увидит, какая идет конкуренция. В Китае, конечно, такой конкуренции нет, и в последнее время мы тоже видим, что есть напряженность по вопросам лагерей перевоспитания между Пекином и странами ЦА.

У Индии таких проблем нет, которые испытывает Китай, из-за чего в странах Центральной Азии есть страхи по поводу ущемление им прав человека. Индия нейтральная страна и поэтому, если будут какие-то особые социальные перемены в странах Центральной Азии, придут демократические правительства, Дели сможет активнее защищать права человека.

– На встрече в Самарканде обсуждались проблемы безопасности в Афганистане. Какое значение для Индии играет то, чтобы в этой стране был мир, и есть ли какие-то возможности у Дели содействовать этому процессу?

– Да, Индия уже играет очень активную роль в Афганистане. Индия и Россия развивают вместе свои стратегические объекты и хорошие отношения, что также способствует их влиянию в Афганистане, Америка уже вывела свои войска из Афганистана и администрация Трампа не играет там прежнюю роль. Америка дала зеленый свет Индии развивать миротворческие интересы в Афганистане и признает ее роль как одного из ключевых акторов в регионе.

иллюстрации из открытых источников

Оставить комментарий

Мультимедиа

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33