среда, 22 мая 2019
,
USD/KZT: 379.01 EUR/KZT: 423.24 RUR/KZT: 5.9
Всемирно известный Ролдугин в Нур-Султане Повторение – мать финграмотности Узбекская осень без МРЗП АБР занимает Узбекистану деньги на локомотивы Должники требуют амнистию, а иначе митинг Враг у ворот: глава ФСБ России поведал о боевиках «Вилайат Хорасан» Депутат имеет право знать все про доходы Трампа Стране обещаны излишки ГСМ Президент Украины эффектно приступил к должности Новый кровавый бунт в таджикской колонии «Второй этап» революции в Армении После инаугурации президент Украины распустит парламент Конфликт между миноритариями и АО «Казахтелеком» исчерпан Air Astana: посадка в Шереметьево прошла в штатном режиме Как президент и кандидат «засветился» на ниве борьбы за скромность Азиатский банк развития помогает узбекам с ипотекой Тегеран начнет обогащать уран Член правительства отмечает «прекрасную» связь Агентству по регулированию и развитию финрынков быть Абаев «виртуозно» осветил животрепещущие вопросы Министр национальной экономики изложил картину дня Токаев и предвыборный акционизм Минск «покусился» на запреты в ЕАЭС ОБСЕ одобряет шаги узбекских властей и критикует Казахстан Представитель «Ұлт тағдыры» получил удостоверение кандидата в лидеры

Мясной аспект изменения климата

В прошлом году у трёх крупнейших мясных компаний мира – JBS, Cargill и Tyson Foods – объёмы выбросов парниковых газов оказались выше, чем у Франции, и почти сравнялись с количеством выбросов некоторых крупных нефтяных компаний.

Но в то время как гиганты нефтяной отрасли, подобные Exxon и Shell, подвергаются жёсткой критике за свою роль в ускорении изменения климата, отрасль мясных и молочных корпораций, в основном, избегает пристального внимания. Если мы хотим предотвратить экологическую катастрофу, от таких двойных стандартов надо избавляться.

Для привлечения внимания к данной проблеме Институт аграрной и торговой политики, организация GRAIN и немецкий Фонд Генриха Бёлля недавно объединили свои усилия, чтобы изучить «огромный климатический след» глобальной мясной отрасли. То, что мы выяснили, шокирует. В 2016 году количество выбросов парниковых газов у 20 крупнейших мясных и молочных компаний мира превысило объёмы выбросов Германии. Если бы все эти компании были страной, она бы находилась на седьмом месте в мире по количеству выбросов.

Совершенно очевидно, что для борьбы с изменением климата потребуется заняться проблемой выбросов мясной и молочной промышленности. Вопрос в том, как это сделать.

Мясные и молочные компании во всём мире превратились в политически мощные структуры. Недавний арест двух топ-менеджеров JBS, братьев Джосли и Уэсли Батиста, приоткрыл завесу, скрывавшую коррупцию в этой отрасли. JBS является крупнейшим в мире переработчиком мяса, а выручка компании в 2016 году почти на $20 млрд превысила размер выручки её ближайшего конкурента – TysonFoods. Однако этих позиций JBS достигла благодаря поддержке Бразильского банка развития и, как выясняется, дав взятки более чем 1800 политикам. Неудивительно, что в списке приоритетов этой компании выбросы парниковых газов находятся далеко не на первом месте. Совокупно у JBS, Tyson и Cargill объёмы выбросов газов, способствующих изменению климата, составили в 2016 году 484 млн тонн; это на 46 млн т больше, чем количество выбросов британского гиганта энергетической отрасли – компании BP.

Лоббисты мясной и молочной отрасли активно продвигают меры, стимулирующие производство, зачастую в ущерб экологии и здоровью людей. Блокируя ограничения выбросов оксида азота и метана, а также уклоняясь от выполнения обязательств по снижению уровня загрязнения воздуха, воды и почвы, они повышают свои прибыли, перекладывая при этом на общество все издержки, связанные с загрязнением природы.

Вот одно из многочисленных последствий этой политики: на животноводство сейчас приходится почти 15% мировых выбросов парниковых газов. Эта доля выше, чем у всего мирового транспортного сектора. Более того, ожидается, что в предстоящие десятилетия основная часть роста мясного и молочного производства будет обеспечиваться за счёт промышленной модели. И если этот рост будет соответствовать темпам, прогнозируемым Продовольственной и сельскохозяйственной организацией ООН, наши возможности предотвратить рост температур до апокалиптического уровня окажутся крайне ограничены.

В ноябре на Конференции ООН по изменению климата (COP23) в немецком Бонне нескольким агентствам ООН впервые было поручено начать сотрудничество по вопросам, связанным с сельским хозяйством, в том числе с управлением животноводством. Данный шаг позитивен по многим причинам, но особенно потому, что он позволит раскрыть конфликты интересов, процветающие в мировом агробизнесе.

С целью уклонения от своей климатической ответственности представители мясомолочной промышленности постоянно говорят о том, что увеличение производства необходимо для укрепления продовольственной безопасности. Они утверждают, что корпорации способны производить мясо и молоко эффективней, чем скотоводы стран Африканского Рога или мелкие фермеры Индии.

К сожалению, политика в сфере изменения климата не отвергает все эти рассуждения, а некоторые из принимаемых мер даже стимулируют рост производства и его интенсификацию. Вместо установления целей по снижению общего объёма выбросов в этой отрасли, многие действующие нормы создают для компаний стимулы выжимать больше молока из каждой дойной коровы и быстрее доводить мясной скот до скотобойни. Фактически речь идёт о приравнивании животных к машинам, которых можно заставить производить больше с меньшими издержками за счёт технических решений, игнорируя при этом все негативные последствия использования данной модели.

Показательным является опыт Калифорнии. Правительство этого штата предприняло одну из первых в мире попыток ввести регулирование сельскохозяйственного метана и установило амбициозные цели по снижению выбросов в секторе мясопереработки. Но для их достижения Калифорния сейчас финансирует программы поддержки молочных мегаферм, а не маленьких, устойчивых операторов. Подобные «решения» лишь ухудшают уже и так плохие условия жизни работников и животных, усугубляя негативное воздействие на природу и здоровье людей.

Готовые решения есть. Для начала правительства могли бы перенаправить государственные деньги, вкладывая их не в промышленное фермерство и крупномасштабный агробизнес, а в маленькие, экологически ориентированные семейные фермы. Власти могли бы также воспользоваться госзакупками, чтобы помочь формированию рынков для локальной продукции и стимулировать возникновение более чистой и энергичной фермерской экономики.

В сфере энергоресурсов многие города мира уже принимают решения, исходя из своего желания противодействовать изменению климата. Аналогичные критерии могли бы определять и продовольственную политику муниципалитетов. Например, увеличение инвестиций в программы «фермы больницам» и «фермы школам» помогло бы обеспечить горожан более здоровым питанием, укрепить местную экономику, снизить воздействие на климат мясной и молочной отраслей.

Гиганты мясомолочной индустрии слишком долго работали в условиях климатической безнаказанности. Если мы хотим остановить резкий рост глобальной температуры и избежать экологического кризиса, потребителям и правительствам придётся начать делать больше, чтобы создавать, поддерживать и укреплять экологически сознательных производителей. Это будет хорошо не только для нашего здоровья, но и для здоровья нашей планеты.

 

Шефали Шарма – директор по вопросам сельскохозяйственных товаров и глобализации в Институте аграрной и торговой политики (IATP).

Copyright: Project Syndicate, 2017. www.project-syndicate.org

Оставить комментарий

Зарубежные эксперты

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33