среда, 22 сентября 2021
,
USD/KZT: 425.85 EUR/KZT: 499.78 RUR/KZT: 5.81
Казахстан в рейтинге устойчивого развития поднялся с 65-го на 59-е место В 2026 году Казахстан намерен отказаться от использования угля Как снизить инфляцию в Казахстане до «докоровирусного» уровня? Международный союз электросвязи при ООН установил новый код +997 def для Казахстана Нурлан Смагулов решил, что «искусство должно принадлежать народу» В компании «Шеврон» новый управляющий директор Экс-премьер Серик Ахметов вышел на свободу Выстрел в Алматы - жертвами ипотеки стали невинные люди Участие СБЕРа в цифровизации вопрос решенный Социально значимые продукты питания подорожали с начала года на 10% Письмо с призывом помиловать Атабека отправлено в Акорду Смерть без СИЗ В Казахстане растёт дефицит школьных мест В Казахстане выявили три тысячи фактов незаконного предоставления жилья в аренду Депозиты в Казахстане теряют свою популярность БРК подписал новую стратегию развития МБО ШОС в Душанбе Jysan Bank подал заявку на покупку российского Азиатско-Тихоокеанского банка (АТБ) Хорошие позиции Казахстана в рейтинге Doing Business оказались под вопросом Kaspi.kz  объяснил, почему не может заниматься цифровизацией правительства «Шеврон» передал шесть компьютерных томографов медицинским учреждениям Казахстана Банки теряют свою долю в потребительском кредитовании Топ-менеджеры трех банков выплатили себе более 7 миллиардов тенге В Казахстане растет смертность, в том числе младенческая Kaspi.kz вновь признан №1 в электронной коммерции в Казахстане Количество аварий в системе водоснабжения сокращается

Влияние пандемии на перспективы роста экономики в Китае

Во втором квартале 2021 года ВВП Китая вырос на 7,9% год к году. Это сравнительно сильный результат, особенно на фоне продолжающегося влияния пандемии Covid-19 на мировую экономику. Но для Китая он разочаровывающий: согласно опросу экономистов, проведённому изданием «Caixin», медианный прогноз роста во втором квартале равнялся 8,2%.

Китайские экономисты в целом согласны, что потенциальные темпы роста Китая равны 6%. Соответственно, с учётом эффекта базы темпы роста ВВП год к году в Китае в четырёх кварталах 2021 года должны были бы равняться 19,1%, 8,3%, 6,7% и 5,5%. Но по итогам первого квартала рост составил 18,3%. Этот более слабый, чем ожидалось, показатель в значительной степени стал результатом государственной политики.

Хотя в начале пандемии китайские власти начали проводить экспансионистскую бюджетную и монетарную политику, они активно стремятся её нормализовать, опасаясь, что она может усилить инфляцию и сопутствующие финансовые риски. Сворачивание бюджетных мер происходило особенно быстрыми темпами. В первой половине 2021 года общие государственные расходы Китая увеличились всего лишь на 4,5%, в то время как доходы выросли на 21,8%. Хотя отчасти это объясняется эффектом базы, нельзя оспорить факт ужесточения бюджетной политики. В первой половине 2021 года дефицит государственного бюджета Китая был на 1,6 трлн юаней ($247 млрд) меньше, чем в 2020 году.

Монетарная политика остаётся мягкой, но Народный банк Китая (НБК) как минимум осторожничает. В первой половине 2021 года социальное финансирование увеличилось на 17,7 трлн юаней, что на 3,1 трлн юаней меньше аналогичной цифры за тот же период 2020 года. На этом фоне не следует удивляться, что экономические индикаторы всё более явно указывают на замедление темпов роста экономики Китая.

Сейчас китайское руководство начинает предпринимать шаги с целью остановить это замедление. В начале июля НБК, надеясь подстегнуть рост кредитования, объявил, что снизит норматив обязательного резервирования для всех банков на 50 базисных пунктов.

А спустя несколько недель Политбюро Центрального комитета Коммунистической партии Китая выпустило коммюнике с признанием, что «внутренняя экономика Китая по-прежнему нестабильна и несбалансирована», и с призывом ускорить «реализацию крупнейших проектов, запланированных в XIV пятилетнем плане». Большинство участников рынка интерпретировали это как сигнал, что правительство будет проводить более экспансионистскую макроэкономическую политику во второй половине нынешнего года.

Такая коррекция политики, хотя и не очень существенная, породила надежды, что во второй половине 2021 года темпы роста подскочат и даже могут достигнуть уровня, соответствующего потенциальным темпам роста ВВП страны. Но одного политического решения может оказаться недостаточно. Вполне возможно, что восстановление экономики Китая будет зависеть в первую очередь от того, как будет разворачиваться борьба с Covid-19.

С тех пор как в начале апреля 2020 года был отменён режим карантина в городе Ухань, Китаю удавалось предотвращать крупные локальные вспышки болезни и удерживать количество новых ежедневных подтверждённых случаев заболевания Covid на уровне небольших двузначных чисел. Многие поверили, что Китай близок к полной ликвидации локальных случаев заражения коронавирусом.

Эти надежды рассеялись в июле, когда несколько работников аэропорта в Нанкине сдали положительный тест на Covid в ходе рутинной проверки. Через несколько дней крайне заразный штамм «Дельта» распространился на 22 города в десяти провинциях. Общее число подтверждённых случаев в Китае подскочило с 251 (16 июля) до примерно двух тысяч.

Правительство, которое по-прежнему намерено снизить количество заражений до нуля, отреагировало быстро: в районах высокого риска был введён тотальный карантин, а в районах со средним риском были введены ограничения на передвижение людей; примерно сто тысяч человек были отправлены на профилактический карантин. Однако аналогичные ситуации, хотя и в меньших масштабах, случались и ранее. А поскольку значительная часть мира до сих пор не вакцинирована, и поскольку появляются всё более заразные штаммы вируса, такие ситуации несомненно будут повторяться.

Экономические издержки тотальных карантинов, включая ограничения на международные поездки, экстремально высоки. В таких обстоятельствах некоторые вирусологи, эпидемиологи и экономисты сейчас начали доказывать, что Китаю следует отказаться от политики нулевой терпимости к вирусу и научиться жить с ним.

Сопротивление такому подходу остаётся сильным. Дело в том, что строгий подход Китая, ставший возможным благодаря институциональному устройству и культурным традициям страны, помогал ей оставаться фактически свободной от Covid на протяжении нескольких месяцев. Да, издержки высоки, особенно для туризма и для услуг, связанных с поездками, однако Китай может себе их позволить.

Важнее другое: Китаю ещё предстоит проделать большую работу по вакцинации населения. На сегодня в стране были использованы 1,9 млрд доз вакцин (в основном это отечественные вакцины Sinovac и Sinopharm, которыми нужно прививаться дважды), но, как утверждает ведущий эпидемиолог страны Чжун Наньшань, необходимо вакцинировать более 83% населения, чтобы достигнуть коллективного иммунитета.

Кроме того, учитывая вопросы по поводу долгосрочной эффективности тех прививок, которые сегодня делаются, может потребоваться ещё больше времени, чтобы провести повторную (бустерную) вакцинацию или разработать более эффективные, альтернативные вакцины. Кроме того, даже если Китай сумеет привить достаточно крупную долю населения эффективными вакцинами, нельзя забывать, что он существует в глобализированном мире, где у многих стран уровень вакцинации очень низок.

Можно уверенно сказать, что борьба с Covid-19 далека от завершения. Для Китая это означает, что совершенно неизбежными являются новые вспышки заболевания коронавирусом в небольших масштабах (с соответствующими сбоями в экономике). В таких условиях крайне вероятно, что общие темпы роста ВВП Китая в 2021 году не оправдают прежних ожиданий рынка.

Всё это никак не приуменьшает важность бюджетной и монетарной политики. Более экспансионистский подход мог бы серьёзно помочь компенсировать экономические последствия пандемии. В частности, многие малые и средние предприятия, по которым сильно ударила пандемия, отчаянно нуждаются в помощи, и у правительства имеется пространство, позволяющее предоставить такую помощь. С правильным набором мер Китай может достичь достаточно хороших темпов роста как во второй половине 2021 года, так и в дальнейшем.

Юй Юндин бывший президент Китайского общества мировой экономики и директор Института мировой экономики и политики при Китайской академии общественных наук, член Комитета по монетарной политике Народного банка Китая в 2004-2006 годах.

Copyright: Project Syndicate, 2021. www.project-syndicate.org

Оставить комментарий

Финансы

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33