вторник, 15 июня 2021
,
USD/KZT: 426.81 EUR/KZT: 517 RUR/KZT: 5.81
«Ел тірегі» анонсировала митинг на 25 июня Токаеву доложили о фактах незаконного оборота нефти Тихановскую исключили из базы розыска на территории России В июне введена «нулевая ставка» на утилизационный сбор - Мирзагалиев За некачественное жилье переселенцам наказаны чиновники в СКО В антиконкурентных действиях подозревают Минсельхоз Из запланированных 2 млрд деревьев посажено 80,5 млн Байбек выиграл суд против активиста Жанболата Мамая Путин об организации убийства Навального: «У нас нет такой привычки кого-то убивать» Медработники признали заражения коронавирусом из-за нехватки СИЗов по делу «СК-Фармация» На удорожание картофеля в Казахстане повлияла большая наценка посредников – Минсельхоз В Министерстве прокомментировали заявления отменить утильсбор на автотранспорт Власти Степногорска пообещали отказаться от ПХД-завода после общественного резонанса Женщины в Казахстане зарабатывают на треть меньше мужчин В озере Кобейтуз высокое содержание тяжелых металлов Общественность просит отменить проект развития туризма в Чарыне Токаев обсудил ситуацию в Афганистане со Спецпредставителем США Республиканская палата казахской белоголовой породы пожаловалась на нарушения прав фермеров со стороны «Агро кредитной корпорации» Журналистам Казахстана угрожают из-за освещения политических тем Вокзал Нур-Султана начнёт запускать по Ashyq В Алматы предупредили о мошенниках, использующих AnyDesk для хищения денег Именем покойного главы комиссии по передислокации столицы в Акмолу хотят назвать улицу в Нур-Султане Саудовская Аравия не пустит иностранцев для совершения хаджа Казахстан поставит Таджикистану технику в обмен на воду Китайской компании могут разрешить добычу урана в заповеднике

Александр Корсантия: «Талантливые люди не должны покидать свою родину»

Собеседник ректора Государственной консерватории им. Курмангазы Жании Аубакировой в рамках проекта «Культурная мозаика» лауреат международных конкурсов, член жюри 8 международного конкурса пианистов Александр Корсантия.

- Вы уехали в Америку в 90-ые годы. Удается ли поддерживать связь с родной Грузией?

- Период с 1992 по 1994 оказался самым сложным. Это были первые годы свободы, а первые годы свободы никогда не даются легко. У меня два дома: в  Грузии, где живут мои родители и где я родился, и в  Америке, где я живу. Так бывает. Я люблю Америку в том числе и за то, что родину она не заменит и не претендует на это. Я живу в Бостоне, потому что там находятся консерватория Новой Англии, где я преподаю.  

- Это известный образовательный центр. Как известность влияет на то, как развивается консерватория New England?

- Посещаемость концертов в Бостоне замечательная. Как в хорошие старые времена. Там видно и слышно, что люди действительно увлечены и что им интересно.  До Бостона мы  жили в Ванкувере. Там прекрасная консерватория при университете Британской Колумбии, было прекрасное профессорское место, ученики и мы никуда не хотели уезжать. Просто потом поступил звонок из New England с приглашением. Мы стали думать. Нашему сыну было 14. И мы хотели, чтобы свой период взросления он провел в таком месте, как Бостон. Это был большой фактор.

- Как вы взаимодействуете сейчас с Грузией?

- Один из важнейших для меня вопросов это - отток талантов из Грузии и, к сожалению, зачастую необратимый. Я мечтаю о том, что были бы выдуманы и осуществлены какие-то системы для удержания граждан Грузии. Мы должны что-то сделать, чтобы таланты не покидали свою родину.  Я считаю, что это более важно, чем сельское хозяйство или другие жизненно важные элементы.

- Чем экономика?

-  Увы, но положение культуры зависит от развития экономики. Что может делать министерство культуры в отрыве от министерства финансов?

И никогда не бывает, что культуре достаточно выделяется средств. Все мы живем в недофинансировании. Это наша природа. И от этого тоже зависит процент уезжающих. У нас,  например, не так много уезжает музыкантов. Но если уезжают, то остаются. А другие специальности уезжают и возвращаются, даже если они там востребованы. Удивительно. Видимо, есть какие-то мотивы. И не столько и только патриотические. Например, в Корею очень многие уехавшие возвращаются обратно. И дело не только в зарплатах. Это зависит от многих факторов. Нужно создать инфраструктуру интереса к культуре.

- Как я понимаю, Вас это очень волнует и Вы предпринимаете какие-то личные усилия, чтобы решить эту проблему?  

- Я просто сам очень часто приезжаю в Грузию. В течении шести лет я был директором фестиваля в Грузии и сейчас продолжаю быть советником этого фестиваля. Пытаюсь преподавать и, если время позволяет, быть жюри на конкурсах.  Много  общаюсь с коллегами, потому что сейчас многое зависит от личных контактов и понимания друг друга.

- Расскажите, пожалуйста, к какой школе вы себя причисляете?

- Безусловно, к русской школе и это именно игумновская ветвь, потому что мой педагог воспитал новую молодежь и был в состоянии оказывать  моральное воздействие.  Я очень благодарен судьбе за шанс у него учиться, поэтому в свое время решил остаться в Тбилиси в его классе. Я уверен, что я многое потерял, когда не поехал учиться в Москву, но также я многое обрел.

- Мир сейчас так глобализовался, и музыканты не исключение. Понятие «русская школа» распространилось очень сильно. Что такое фортепиано и мировой процесс в общих чертах?

- Внутри русской школы есть несколько разных течений и, помимо них, есть и  другие школы. И я наблюдаю процесс их объединения. Иногда хаотичный. Но не люблю делать выводы, потому не верю в ярлыки.

- Что такое современный пианист, музыкант? Что он хочет, о чем он думает? Как он развивается?

- Мы должны построить как можно лучше подробный параллельный мир. Этот процесс обязателен. Потом этот мир меняется. Каждое произведение несет ворота, которые мы должны открыть. И в эти ворота мы должны втягивать  в наших зрителей.

- Вы можете утверждать, что в этом мире вы испытываете большее количество и качество эмоций? Состояния, которые не встречается в обычной жизни?

- В этом я путаюсь. Не вижу грани. Как хорошо жить одной ногой в одном мире, а другой – в другом.

- Я помню, как в Штатах поняла, какая у музыкантов маленькая разница между полной обездоленностью и колоссальным успехом. Они рядом. Расскажите про ваши последние минуты перед выходом на сцену. Я до сих пор ужасно боюсь.

- Я тоже.  Все по-разному реагируют. Все мы разные. С самых начальных пор у нас в задней части мозжечка формируются разные процессы. У нас есть интересный процесс работы над собой. Потому что мы знаем, что на нас смотрят сотни глаз и слушают сотни ушей. В детстве я не хотел уходить со сцены. Мама меня буквально выдирала.

- Расскажите про интересные встречи, которые запали вам в сердце на всю жизнь.

- Это было года три-четыре назад. В рамках фестивалях мы поехали в деревню. Зашли в церковь, а я совершенно не религиозный человек. И вдруг я почувствовал отсутствие эго. Это был молодой человек. Это было самая яркая встреча в моей жизни.

- Что такое отсутствие эго?

- Не знаю. Но я верю, что есть вещи, которые мы никогда не постигнем.  Бацилла музыки есть и она очень мощная. Она проникает всюду. Хочется, чтобы она была везде. Будем всю жизнь ее распространять.

Оставить комментарий

Общество

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33