понедельник, 25 октября 2021
,
USD/KZT: 425.67 EUR/KZT: 496.42 RUR/KZT: 5.81
Ердоған 10 мемлекеттің елшісін Түркиядан шығарып жіберуді бұйырды Узбекистан прекратит продажу природного газа за рубеж. Что ждет Казахстан? Гурбангулы Бердімұхамедов Тоқаевқа Ахалтеке жылқысын көрсетті В топе стран-тюрем мира Казахстан занял 98-е место из 223 Россия запретила ввоз казахстанских продуктов ДДСҰ басшысы коронавирус пандемиясының қашан аяқталатынын айтты Совет Европы и Европейский Союз пытаются улучшить судебную систему Казахстана Б. Мусин: Не ожидал, что технические вопросы могут вызвать такую волну «хейта» 2022 жылы грант бөлінетін мамандықтар белгілі болды Оформить пособие на рождение ребенка можно онлайн через суперприложение Kaspi.kz Алек Болдуин «Ржавчина» фильм түсірілімінде операторды өлтірді Как чиновница, фигурировавшая в коррупционном деле, стала замом акима Косшы? Суд оправдал бывших вице-министров Садибекова и Джаксалиева Белгілі жазушы Софы Сматаев оқырманнан ақшалай көмек сұрады Казахстанские хлебопеки: В стране может исчезнуть социальный хлеб Апатқа ұшыраған "Қайрат" ойыншылары пікір білдірді В Казахстане растет количество родов среди подростков Блокада на границе с КНР продолжается Марқұмның жақындары жауынгердің өзіне қол жұмсағанына сенбейді Минтруда: На переселение с юга на север направят более 46 млрд тенге По затратам местных бюджетов лидируют Туркестанская и Алматинская области Во время пандемии казахстанцев охватила «эпидемия» лудомании Второй энергоблок Ростовской АЭС остановлен из-за неполадок Аида Балаева: «Ұлттық рухани жаңғыруға» 119 миллиард теңге жұмсалады Арон Атабектің халі нашарлап кетті

Стране нужны только здоровые и умные

В Казахстане продолжается стигматизация людей с ограниченными возможностями, для них практически не создано условий для адаптации в обычную жизнь - к такому неутешительному выводу приходят представители международной правозащитной организации Amnesty International, которые провели собственное исследование того, как в Казахстане живется людям с инвалидностью.

Правозащитное движение отмечает, что, по официальным данным, в Казахстане насчитывается не менее 16 тыс. лиц с психосоциальной и интеллектуальной инвалидностью, лишенных дееспособности. Каждому из них назначен опекун, чтобы принимать за них все решения, касающиеся их жизни.

Такой правовой режим опеки противоречит правозащитному подходу к инвалидности, который постулируется в Конвенции о правах инвалидов (КПИ), и влечет за собой катастрофические последствия для людей с психосоциальной и интеллектуальной инвалидностью, поскольку стигматизирует их и не дает им возможности осуществлять свои права человека. Это пережиток старой системы, когда людей с инвалидностью прятали подальше от глаз общества в специализированные закрытые учреждения. Правозащитники убеждены, что в Казахстане на смену опеке должен прийти новый правовой режим, который позволит лицам с психосоциальной и интеллектуальной инвалидностью осуществлять свои права наравне с прочими членами общества.

Согласно действующему законодательству, суд может признавать лиц с психосоциальной и интеллектуальной инвалидностью «недееспособными» и помещать под опеку. С этого момента они больше не могут самостоятельно принимать решения, касающиеся их жизни, и осуществлять свои права. Будучи однажды признанным «недееспособным» по решению суда, человек лишается права принимать какие-либо решения о своей жизни, например, о своих финансах, вступлении в брак, учебе и трудоустройстве. Врачи больше не нуждаются в его свободном информированном согласии на медицинские манипуляции и могут лечить и госпитализировать его с согласия опекуна.

Созданная под предлогом «защиты» лиц с психосоциальной и интеллектуальной инвалидностью, система опеки часто открывает дорогу для их эксплуатации корыстными или неадекватными опекунами, которые действуют не в их интересах, либо пытаются воспользоваться их имуществом. Эта единая для всех система не предусматривает никаких гибких возможностей при применении защитных мер и не допускает видоизменений для учета индивидуальных потребностей.

Законодательство не предусматривает никакой автоматической перепроверки решений о лишении дееспособности, и вернуть ее себе можно лишь в том случае, если суд постановит, что человек «выздоровел», либо по соответствующему заявлению опекуна или прокуратуры. На практике восстановление дееспособности происходит чрезвычайно редко, и большинство людей до конца своей жизни так и остаются под опекой.

Эксперты отметили, что Казахстан в 2015 году ратифицировал Конвенцию о правах инвалидов (КПИ), и власти страны делают определенные шаги для расширения поддержки и услуг, которые лица с инвалидностью могут получать без помещения в специализированное учреждение. По всей стране были открыты новые государственные дневные центры для детей с инвалидностью; внесены поправки в законодательство, благодаря которым услуги, которые оказывают НПО, можно финансировать из госбюджета; в законе появилось новое понятие «специальные социальные услуги».

Тем не менее, Казахстану предстоит проделать еще большую работу, чтобы соблюсти свои обязательства государства-участника КПИ, в том числе проверить уже проведенные реформы на предмет соответствия конвенции, считают правозащитники. Согласно статье 5 КПИ, государства-участники должны признавать, что «все лица равны перед законом». Это означает, что люди с инвалидностью не только имеют равные права с другими, но и могут самостоятельно осуществлять их.

Как говорится в докладе Казахстана Комитету по правам инвалидов, национальное законодательство не содержит положений, носящих дискриминационный характер по отношению к инвалидам, а конституция страны гарантирует, что «все равны перед законом и судом». Правозащитники утверждают, что это противоречит реальности, в которой живут люди с психосоциальной и интеллектуальной инвалидностью, подвергаясь ежедневной дискриминации и стигматизации. По данным исследования, врачи в роддомах по-прежнему советуют матерям детей с инвалидностью оставлять их на попечение государства.

Директор НПО «Кенес» Майра Сулеева, которая руководит реабилитационным центром и детским садом, сообщила, что когда в детсад начали принимать детей с инвалидностью, другие родители перестали водить туда своих детей. Опрошенные Amnesty International психиатры признают, что страна все еще не изжила наследие карательной психиатрии. Советская психиатрия развивалась в закрытом обществе, почти в полной изоляции от мировой психиатрической практики. К 1960-м годам психиатрия уже широко использовалась в СССР для лишения диссидентов свободы. Наследие советской психиатрии по-прежнему ощущается.

Согласно информации, переданной Amnesty International Министерством труда и социальной защиты, за период с 2014 года по 1 апреля 2018 года насчитывалось 16 тыс. человек, которые были лишены дееспособности и получали «специальные социальные услуги» от министерства. На самом деле количество людей, находящихся под опекой, может оказаться намного больше, потому что в эту цифру не включены те, кто лишился дееспособности, но не получает социальных услуг. Так, в августе 2018 года один медицинский работник сообщил Amnesty International, что в 2017 году только в городе Алматы 78 человек были лишены дееспособности из-за деменции, но при этом могли не получать «специальных социальных услуг» от министерства.

Вместо режима опеки пунктом 3 статьи 12 госудрствам предлагается принимать «надлежащие меры для предоставления инвалидам доступа к поддержке, которая им может потребоваться при реализации своей правоспособности». Несколько стран уже начали вводить вместо опеки режим принятия решений на основе поддержки. В Соединенном Королевстве лица с психосоциальной и интеллектуальной инвалидностью могут определить группу людей, с которыми они будут консультироваться и обсуждать разные вопросы. В Швеции есть личные омбудсмены, которые помогают в принятии решений. В некоторых странах, например, в Австралии, существуют схемы сопровождаемого проживания. В Финляндии для лиц с психосоциальной и интеллектуальной инвалидностью действует многообещающая система раннего вмешательства под названием «Открытый диалог».

Законодательство Казахстана не предусматривает никаких гибких возможностей в заместительном режиме принятия решений. Есть юридическое понятие ограниченной дееспособности, но этот вариант доступен только потребителям наркотиков и алкоголикам. Кроме того, в кодексе «О браке и семье» имеется статья 127 о попечительстве, которая позволяет человеку переложить на попечителя ответственность за определенные решения на основании договора. Попечительство может быть прекращено по требованию самого подопечного и не влечёт за собой лишения дееспособности во всех остальных отношениях. Лица с психосоциальной и интеллектуальной инвалидностью не могут пользоваться данными положениями. В их случае есть только один вариант — быть лишенными дееспособности во всех сферах жизни на неопределенный срок.

Наглядный пример. Маргариту Лученкову лишили дееспособности по заявлению её брата. Как она рассказала Amnesty International, теперь брат живет в принадлежащей ей квартире и больше года не платит ей арендную плату. Лишившись дееспособности, она не может обратиться в суд, чтобы защитить свои интересы или сменить опекуна. Получается замкнутый круг.

В юридической практике Казахстана правовая возможность восстановить дееспособность в свете выздоровления или улучшения состояния человека почти никогда не используется. Самую большую проблему это представляет для сирот и людей, живущих в специализированных закрытых учреждениях. Согласно статистике, предоставленной Amnesty International Министерством труда и социальной защиты, за период с 2014 года по 1 апреля 2018 года дееспособность удалось восстановить лишь 14 лицам. Из-за этого люди оказываются в абсурдном положении, когда им приходится доказывать, что они в состоянии осуществлять свои права.

В Казахстане критерии для лишения человека дееспособности расплывчаты («гражданин, который вследствие психического заболевания или слабоумия не может понимать значения своих действий или руководить ими»), и под них нетрудно подвести широкий круг лиц, а между тем лишение дееспособности ведет к катастрофическим последствиям. В итоге люди рискуют лишиться дееспособности из-за психиатрического диагноза, причем сам диагноз может оказаться неверным. Кроме того, такие люди могут пасть жертвой родственников или третьих лиц, которые хотят завладеть их имуществом или просто видят в них помеху.

В Уральске в феврале 2018 года представители Amnesty International встречались с группой родителей детей с инвалидностью. Многим из них в районном отделе соцзащиты сказали, что они должны подать заявление о лишении своих детей дееспособности, чтобы продолжать получать пенсию по инвалидности за ребёнка после достижения им 18 лет.

В действующем законодательстве нет такого требования, и к тому же здесь игнорируются существующие нормы, позволяющие доставлять пенсию на дом получателю. Как только человека объявляют «недееспособным», он лишается возможности принимать решения о своей жизни и оказывается исключенным из общества. Он немедленно лишается права на труд, на семейную жизнь, на участие в политической жизни общества.Сохраняется проблема лишения инвалидов правоспособности и их помещения в специальное учреждение против их воли, либо без их согласия, либо с согласия лица, ответственного за субститутивное принятие решений.

Правозащитники убеждены, что пока Казахстан не отказался от системы полной опеки, власти страны должны внести поправки в соответствующие законы, чтобы они не допускали дискриминации людей с психосоциальной и интеллектуальной инвалидностью в системе здравоохранения.

Следует немедленно отменить пункт 5 части 9 статьи 180 кодекса «О здоровье народа и системе здравоохранения» как не соответствующий международным обязательствам Казахстана в области прав человека о запрете пыток и жестокого обращения, приходят к выводу правозащитники.

Иллюстрации из открытых источников

Оставить комментарий

Общество

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33