Путина судить не будут
Поддержать

Путина судить не будут

Материалы по теме

В начале 2000-х годов в Казахстане разгорелся религиозный скандал, связанный с именем афгано-пакинстанского казаха Исматуллы Абдигаппара. Это была одна из первых хорошо продуманных операций российских спецслужб на территории нашей страны.

По мнениям исследователей, Кожа Ахмет Яссауи (годы жизни – примерно конец XI – середина  XII веков) не создавал собственного учения (мистического суфийского пути достижения истины). Он – представитель учения накишбанд, центр которого был в Бухаре. Позднее он был направлен проповедником в северную сторону зоны распространения этого учения и окончил свой жизненный путь в Яссы (Туркестане). Тому подтверждение – возведение покорителем половины мира Амиром Темиром по совету своего духовного наставника мавзолея Кожа Ахмета Яссауи.

В Казахстане об учении Яссауи стали говорить с 2000-х годов. Это событие связано с именем афгано-пакистанского казаха Исматуллы Абдигаппара (иногда его упоминают как Максум. Максум – в переводе означает  хранимый от греха, так говорят относительно пророков). Во времена Советского Союза  он отвечал за религиозную идеологию в войсках Ахмад Шаха Масуда, таджика по национальности, известного военачальника в период гражданской войны в Афганистане. Есть даже фотография, где он стоит с автоматом «Калашникова» в руках рядом с Ахмад Шахом Масудом.

Известно, что после вывода войск из Афганистана служба внешней разведки Советского Союза тайно поддерживала Ахмад Шаха Масуда в борьбе против войск «Талибана», состоящих в основном из представителей пуштунских племен.

Когда в Афганистане укрепились боевики «Талибана» Исматулла обосновался в пакистанском городе Пешавар. Как пишут в своих исследовательских статьях хорошо поднаторевшие в выполнении политического заказа журналисты Ораз Алимбеков и Бакытжан Косбармаков, человеком, способствовавшим приезду Исматуллы в Казахстан с религиозной миссией,  был  выпускник факультета востоковедения КазНУ Галым Бокаш. Специалист по языкам пушту и урду (языкам большей части населения Афганистана и Пакистана), он в 1997 году специально ездил в Пешавар и  привез Исматуллу в Казахстан. Вначале Исматулла устроился в мечети Карасу, расположенном в северо-западной части Алматы, открыв там медресе-шилхану.

Основной контингент первых слушателей сорокадневного имитационного курса шилханы (шил — сорок) составили студенты и аспиранты факультета востоковедения КазНУ, журналисты.

Приверженцы Исматуллы, введя в обиход вид зикра —  радения за Всевышнего путем покачивания головы, интенсивных движений, объявили, что они «возрождают учение Яссауи, преданное  забвению в период всенародного атеизма». Чтобы доказать, что учение Яссауи является «изначальной религией казахов», они начинают толковать  в суфийском ключе произведения Абая Кунанбаева и Шакарима Кудайбердиева, образцы казахского фольклора. А учение накишбанда, коим представителем является Ахмет Яссауи, объявляют неправильным, относя его к «скверным», «начетническим» учениям.

При этом казахстанские суфисты нового толка, разжигая искры национализма и играя на национальных чувствах казахов, не забывали возбуждать нелестные суждения об узбекском народе и Узбекистане, являющемся исторической родиной распространения  накишбандского суфизма. Под этими вымыслами подспудно лежало желание внушить людям, что учение накишбанда как экстремистское направление отделилось от учения Яссауи, а впоследствии учение Яссауи было силой выветрено из сознания народа и предано забвению. Такой национализм с ярко выраженной  религиозной окраской было созвучен с конфликтами, случавшимися в тот период  время от времени на узбекско-казахской границе.

Есть ряд событий, подтверждающих, что учения Яссауи ранее не существовало и оно появилось в независимом Казахстане. Для усиления своего влияния на казахское общество яссауисты стали говорить о том, что видные представители казахской устной литературы и некоторые казахские ханы «придерживались яссауисткого суфизма». В качестве доказательства приводили даже факт захоронения в Туркестане, где расположен мавзолей Кожа Ахмета Яссауи, казахских ханов и батыров. Таких мифологических святых  как Шопан ата, Зенги баба, считавшихся наследием  доисламского религиозного культа, они провозгласили  реально жившими  людьми и   причислили их  к ученикам Кожа Ахмета Яссауи.

Правда, на пути привлечения на свою сторону всего казахского общества яссауисты столкнулись с идеологическими трудностями. К примеру, народ Западного Казахстана почитает Бекета ата (Бекета Мырзагулулы), поклоняется ему как к святому (пир). Да, он – воспитанник суфийской школы Хорезма. Если принять это во внимание, то Бекет ата придерживался суфийского учения кадария. Пользуясь именем Кожа Ахмета, яссауисты опутали своей сетью юг и восток Казахстана, задавшись целью  распространить свое влияние и на запад страны. Для этого они в первую очередь привлекли жыршы-жырау, писателей и поэтов. Эта категория интеллигенции  — чрезмерные идеалисты, охотно верят в различные мифы и  легенды. Поэтому немалая часть интеллигенции увлеклась новым суфийским учением, созданным Исматуллой. От такого увлечения не остались в стороне и представители мангистауской интеллигенции, в том числе жыршы Елдос Емел (впоследствии был певцом религиозной вокальной группы «Яссауи»).  Таким образом, созданное в 2000-х годах суфийское учение Яссауи распространилось от Алтая до Атырау и превратилось в версию той «религии, которая была позабыта в давние времена и возвращена нации  в период ее возрождения».

Позднее нашлось подтверждение того, что изначально учение Исматуллы было политико-религиозным идеологическим проектом и его реализовали должностные лица, ответственные за государственную идеологию. Вероятно, на появление этого проекта повлияло обострение религиозной обстановки на Кавказе в середине 90-х годов, стремление Чечни получить независимость от России.

Известно, что национальное движение Чечни к независимости  носило ярко выраженный религиозный характер, а в религии наблюдалось усиление салафитско-ваххабистких взглядов. Участие в вооруженном противостоянии под флагом борьбы за «чистую религию» боевиков из арабских стран наподобие Хаттаба, араба по национальности, присвоение некоторым из них звания полевого командира с правом командования чеченскими отрядами показывают степень обострения религиозной ситуации на Кавказе в тот период.

В такой обстановке власти России, наряду с применением военной силы против сепаратистов, приняли меры, препятствующие широкому распространению идей радикальных религиозных течений вроде салафизма-ваххабизма. Для этого нужно было отстранить от деятельности обосновавшихся в мечетях имамов с салафистскими, ваххабитскими взглядами и заменить их проповедниками традиционного суфийского течения кадария.

Внедрение в войска Дудаева-Масхадова, ведших вооруженную борьбу против России, в качестве религиозных идеологов Мухаммед-Хуссейна хаджи  Алсабекова и Ахмата хаджи  Кадырова, усиление разногласий среди сепаратистов указывают на успешность этого секретного религиозного проекта. Мухаммед-Хуссейн хаджи Алсабеков, занимавший высокую должность в духовном управлении мусульман Чечни, неожиданно отказался от участия в «джихаде» против России, вернулся в Казахстан и занял должность заместителя муфтия в Духовном управлении мусульман Казахстана. А заменивший его в Чечне Ахмат Кадыров еще больше разжег интригу среди сепаратистов, способствовал возникновению недовольства между традиционалистом Масхадовым и радетелем за «чистую религию» Басаевым. После смерти Масхадова он был избран президентом Чеченской Республики, признанным официальной Москвой, затем погиб в результате теракта, организованного его противниками. С того времени руководителем Чечни является его сын Рамзан Кадыров.

Разумеется, Казахстан не является федеративным государством, как Россия. Казахстанскую власть не могло оставить равнодушной усиление салафитско-ваххабистской проповеди, радикализировавшей религиозное верование в начале 90-х годов. В исследованиях, написанных на эту тему, говорится, что такой религиозный идеологический проект, как формирование Исматуллой приверженцев своего ранее не существовавшего учения под названием «учение яссауи», совпадение его по времени с событиями на Кавказе рассматривался как заслон радикальным направлениям салафизма. Именно в этом состояла и основная цель приглашения в Казахстан как очень нужного человека  Исматуллы Абдигаппарова, мирно проживавшего в пакистанском городе Пешавар после окончания своей миссии в афганской войне.

Версию о том, что политико-идеологический проект учения Исматуллы разработан на основе российских методов и мер по изменению сложившейся религиозной обстановки на Кавказе, подтверждается и косвенными доказательствами. К примеру, не беря во внимание небольшие особенности, обряд радения (зикр), применяемый в учении Исматуллы очень схож на обряд радения в суфийском учении кадария. До сих пор в сети интернета можно встретить видеосюжет о неоднократном участии видного представителя суфийской школы кадария Мухаммед-Хусейна хаджи Алсабекова в бытность его одним из руководителей Духовного управления мусульман Казахстана (ДУМК) в многолюдных обрядах радения, которые проводил в Алматы духовный наставник Исматулла. 

Продолжение следует.

Комментариев пока нет

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.