вторник, 25 января 2022
,
USD/KZT: 425.67 EUR/KZT: 496.42 RUR/KZT: 5.81
Кто поедет на Зимние Олимпийские игры 2022? Миссии США и Великобритании в ОБСЕ высказались о прошедших январских беспорядках Қазақстанның бірқатар өңірінде жарық өшіп қалды В трех странах Центральной Азии зафиксировали отключения электроэнергии Назарбаеваның құдасы қызметінен босатылды Токаев освободил от должности председателя ЦИК Выход членов партии из нуротан приобретает массовый характер Семьи погибших во время беспорядков - против эксгумации тела Атырауда 52 жастағы әйел тұңғышын дүниеге әкелді Үкімет басшысы бизнес жұмысына бөгет жасамауды тапсырды Январские события потянули «медведей» вниз Казахстанские общественники намерены переписать Конституцию Создана еще одна комиссия по общественному расследованию январских событий Семейде «Нұр Отанның» екі депутаты партиядан шығатынын айтты Нур Отан начали покидать депутаты маслихатов Токаев освободил от должности главу Бюро национальной статистики Казахстанский фонд благосостояния вдвое сократил штат после критики со стороны Токаева Должность начальника Департамента полиции Алматинской области покинул Серик Кудебаев Қазақстанда арнайы операциялар күштерінің қолбасшылығы құрылды Какие приложения были популярны во время и после ЧП Риски от прочих финансовых убытков бизнес не заинтересован страховать Тоқаевтың сынынан кейін «Самұрық-Қазына» басшысы мәлімдеме жасады Нацбанк неожиданно повысил базовую ставку до 10,25% В Казахстане создано командование Сил специальных операций ВС Атырауда жоғалып кеткен 9 жастағы баланың денесі табылды

COVID-революция: мы наш, мы новый мир построим

Беверли Маклаклин

В декабре 1862 года, в разгар гражданской войны в США, когда нормам рабства были противопоставлены нормы свободы, президент США Авраам Линкольн представил Конгрессу свой план освобождения. «Догмы тихого прошлого не соответствуют бурному настоящему, – заявил он. – Наши задачи растут, и мы должны расти вместе с ними. Наш случай нов, и дóлжно думать нам и жить по-новому».

После кризиса COVID-19 нас ожидает аналогичная задача.

Линкольн ясно видел, что гражданская война полностью изменит Соединенные Штаты и что в мире, который последует за этим, старых норм и мировоззрений будет недостаточно. Он был прав. Трагедия в том, что ему лишь отчасти удалось убедить своих сограждан-американцев принять предложенную им новую норму – равенство для всех. Некоторые политические лидеры думали и действовали по-новому, но слишком многие стремились возродить прошлое. Вместо того чтобы прислушаться к призыву Линкольна думать и действовать по-новому, южные штаты построили новый режим сегрегации и дискриминации.

Три четверти века спустя грянул еще один грандиозный конфликт, снова изменивший существующие нормы, – Вторая мировая война. До нее позднеиндустриальный мир был, по сегодняшним стандартам, локальным и медленным. И хотя конный транспорт сменили автомобили, а первые коммерческие самолеты уже доставляли избранных в далекие страны, многое осталось таким, каким было десятилетиями. Мужчины контролировали бизнес, промышленность, правительство и финансы, а женщины в основном работали в домашней сфере. Обширные территории мира, включая Индию, Африку и Южную Азию, находились под игом колониализма.

Вторая мировая война все изменила. После нее автомобили повысили скорость, а самолеты стали более обтекаемыми и быстрыми. Женщины стали играть все более важную роль в обществе, экономике и управлении. Но над Землей уже нависал ядерный век, неся новую угрозу массового уничтожения.

Поэтому миру нужны были новые способы мышления и действий, чтобы не взорвать себя. Правительства и государственные деятели воспользовались случаем, создав новые многосторонние институты, такие как Организация Объединенных Наций, и заключили договоры, направленные на сдерживание ядерного нападения. Новые глобальные агентства, такие как Продовольственная и сельскохозяйственная организация Объединенных Наций и Всемирная организация здравоохранения, занимались проблемами голода и болезней. И на фоне всех этих процессов из колониального господства возникали новые независимые страны.

Перенесемся еще на 75 лет вперед, когда мир снова столкнется с радикальным вызовом нормам, которые он привык принимать как должное. Оказывается, пандемия – это не только бедствие, но и источник откровений. Она показала, что, хотя послевоенные институты и продолжают функционировать, они ослабли и нуждаются в восстановлении. Она назвала цену системной слабости, позволившей популистам и экстремистам получить власть во многих уголках мира. Но главное – она продемонстрировала нам простую истину: где бы мы ни жили, происходящее касается нас всех.

Если после Второй мировой войны всеобщим страхом было ядерное уничтожение, то теперь этот страх – глобальная болезнь. Пандемия COVID-19 – и все будущие пандемии, о которых нас не устают предупреждать эксперты, – это глобальное явление от начала и до конца. Мы привыкли видеть одни и те же болезни в разных частях мира, но никогда не сталкивались с такой, которая требует от каждой страны принятия одинаковых мер предосторожности одновременно, чтобы все мы не стали жертвами. Лекарство от COVID-19 – хотя болезнь вряд ли когда-либо будет полностью искоренена – также должно быть глобальным.

В течение нескольких дней после обнародования Китаем 10 января 2020 года генетического состава нового коронавируса, ученые всего мира приступили к разработке вакцин. Эти усилия опирались на мировую науку, а международные исследования в области нанотехнологий привели к созданию новой формы вакцины (матричной РНК). Это еще раз подтвердило наблюдение Луи Пастера о том, что «наука не знает страны, потому что знание принадлежит человечеству, и это факел, который освещает мир».

Но сейчас мы столкнулись с препятствием. Хотя мы разработали вакцины на международном уровне для борьбы с глобальной инфекцией – выработали новое мышление и новые действия для новой ситуации, как сказал бы Линкольн, – мы возвращаемся к старым националистическим нормам еще на этапе доставки. Страны и блоки стран – в основном богатые государства Запада – занимают позицию «мы прежде всего», которая не имеет ни морального, ни практического смысла.

Мы знаем, что оттеснять более бедные, развивающиеся страны на второй план вакцинации с моральной точки зрения неправильно. Знаем также, что и с практической точки зрения такой подход несостоятелен. В прошлом население стран могло укрыться от болезней за укрепленными границами. Но это не сработает в гиперсвязанном мире.

Поскольку никто из нас не будет застрахован от COVID-19 до тех пор, пока не будут застрахованы все, единственный способ победить его – атаковать по всему миру. Пока существуют страны или районы, где вирус предается, будут возникать новые случаи и, что гораздо хуже, новые мутации. Некоторые из них могут оказаться более смертоносными и – что очень опасно – невосприимчивыми к вакцинам, которые являются нашей единственной надеждой на победу над вирусом.

Глобальные вызовы требуют глобальных решений, и для решения этого вызова нам действительно нужно вырасти над собой. Чтобы положить конец пандемии и преодолеть бурное настоящее, мы должны прислушаться к призыву Линкольна и разработать новые нормы, которые заменят наши изношенные, замкнутые представления.

Беверли Маклаклин – главный судья Канады с 2000 по 2017 год, является членом Глобальной комиссии по постпандемической политике.

Copyright: Project Syndicate, 2021. www.project-syndicate.org

Оставить комментарий

Общество

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33