четверг, 13 мая 2021
,
USD/KZT: 426.14 EUR/KZT: 517.08 RUR/KZT: 5.81
Токаев и Назарбаев поздравили казахстанцев с Ораза Айт КНБ РК усиливает меры безопасности в связи с трагедией в казанской школе Токаев подписал закон, предусматривающий полный запрет продажи земель иностранцам Петиция против утильсбора собрала 30 тыс. подписей Павлодарскую область затянул смог от пожара в России Нигматулин об интернете в селах: «Прошло уже 10 лет, как люди ждут» Суд вынес приговор риелтору по делу крушения самолета Bek Air В Риддере потушили лесной пожар В Таджикистане готовятся к визиту Токаева Правила присуждения «Алтын белгi» изменились в Казахстане Токаев обратился в Конституционный совет В казахстанских школах усилят меры безопасности после трагедии в Татарстане Таджикистан и Кыргызстан договорились соблюдать соглашения по приграничному вопросу Когда начнется реализация цифрового тенге, рассказали в Нацбанке С 16 мая вводится электронное таможенное сопровождение товаров Женщин задержали после пикета у китайского консульства в Алматы На Байконуре планируется запуск российского модуля «Наука» Казахстанцам из «красной» зоны ограничен допуск в аэропорты и вокзалы Началась регистрация на ежегодный фестиваль Go Viral В МИД Казахстана сделали заявление по ситуации в Восточном Иерусалиме Казахстан вошёл в ТОП-5 стран с самым дешёвым мобильным интернетом Узнать свой статус в приложении Ashyq и перспективу улететь можно лишь в самом аэропорту Нур-Султана Елбасы прибыл в Туркестан В ООН ждут одобрения ВОЗ для использования «Спутника V» 12 мая в Татарстане объявят днем траура по погибшим детям в Казани

Репатриантка из Сирии: «Спасибо, что нас вернули»

Exclusive.kz удалось найти контакты женщин, возвращенных в Казахстан из Сирии. При содействии Управления по делам религий Карагандинской области мы пообщались с Гульпари Фарзиевой, чтобы узнать, действительно ли репатрианток принуждают переходить в ханафитский мазхаб, и не повторят ли дети судьбу своих отцов, воевавших в Сирии?

«Отец моего ребенка в тюрьме у курдов, муфтият нас развел»

– Гульпари, сколько лет Вашему ребенку? Сколько было на тот момент, когда вы приехали из Сирии? И расскажите об отце ребенка.

– Сейчас моей дочери два года и четыре месяца. Когда мы приехали из Сирии, ей было всего восемь месяцев. Из них три месяца мы были в лагере. Об отце ребенка: он гражданин России, сейчас находится в тюрьме у курдов, то есть никакой связи у нас с ним нет. Правда, в прошлом году пришло письмо по линии «Красного креста», в котором он передал, что жив. И только в этом году мы смогли отправить обратное письмо, где тоже рассказали о себе, что я жива, потому что до этого была серьезно ранена. Я написала, что теперь у нас все хорошо. Надеюсь, что письмо дошло, и он это узнал. Сейчас я с ним в разводе. Развелись с ним мы через муфтият по моей инициативе. Я не могу выехать из страны, а ему, если его не убьют, и даже если вернется в Россию, грозит не менее 20 лет тюрьмы. Шансов, что мы встретимся, практически нет. И поэтому мы, посоветовавшись с его родственниками, с моими, решились, что лучше будет строить новую жизнь.

«Работаю в Управлении по делам религий с молодежью»

– Чем занимаетесь вы сейчас здесь, в Казахстане?

– Сейчас я живу с мамой и со своей девочкой. Со 2 февраля мы заключили договор с УДР (Управлением по делам религий – ред.), что я буду у них работать с молодежью на общественной работе. Общаюсь со студентами, предостерегаю их. Себя в пример ставим, чтобы с ними этого не случилось, чтобы не лезли, куда не надо: на сомнительные страницы, которые сейчас распространены в интернете, всякие шейхи. В прошлом году мы организовывали лекции, но в условиях карантина работаем в ZOOM.

«Человеческую память ведь не отформатируешь»

– Недавно я ознакомился с исследованием, в котором приводятся две точки зрения по дерадикализации детей. Центр «Акниет» считает, что дерадикализацию детей проводить не нужно, потому что это будет их травмировать, напоминая о Сирии. А Центры «Шанс» считают, что, наоборот, без дерадикализации появляется риск радикализации детей, что они будут героизировать своих отцов и т.д. Каково ваше мнение, как матери, на этот счет?

– Если честно, я думаю, что дети уже многое забыли. И им надо помочь забыть все это окончательно, отвлечь их. Не надо лишний раз напоминать то, что причиняет боль. Наоборот, надо им показать другую жизнь. Те, кто постарше, еще помнят, как ели траву, питались отрубями, голодали, спали под открытым небом. Неужели ребенок захочет вернуться в этот страх, этот шум, самолеты, ракеты?.. Об этом даже мы, взрослые люди, вспоминаем с ужасом. (В этот момент Гульпари отворачивается и ненадолго замолкает). Об этом должны забыть не только дети, но и и мы, взрослые, тоже… Но… человеческую память ведь не отформатируешь. Полностью забыть вряд ли получится. Что касается того, что, повзрослев, дети начнут искать своих отцов… Как? В основном все мы вдовы. У кого есть мужья, как у меня, например, они разведены. У кого есть мужья - граждане Казахстана - они сидят в тюрьмах, и там с ними тоже работа ведется. То есть я не думаю, что они выйдут и опять начнут учить своих детей... Они уже однажды наступили на эти грабли… Не думаю, что захотят наступить второй раз.

«Условие ДУМК – не носить черное»

– В этом же исследовании женщины жалуются, что им навязывают традиционный, ханафитский ислам. В то же время, часть репатрианток продолжают придерживаться акиды, которую исповедовали на территории ИГИЛ. В то же время, в Казахстане действует свобода вероисповедания. Действительно ли Духовное управление мусульман Казахстан навязывает вам ханафитский мазхаб? Правильно ли они работают, нужно ли что-либо исправить, изменить?

– Уже полтора года я в очень хороших отношениях с ДУМК. Их единственным изначальным условием был запрет на черную одежду - никабы. Люди боятся таких, даже сами мусульмане боятся покрытых. Но ведь это не значит, что каждая женщина в черном готова стать смертницей? Точно также об этом не говорит хиджаб и борода. Каждый сам выбирает, во что верить. Кто понял, тот принял. Я, например, еще будучи на территории ИГИЛ, поняла, что с их идеологией не все в порядке. Те, кто этого не видел, романтизируются войну. Но это ужасно! Ракеты – это то, что тебя убивает, разносит психологически и физически.

«Арыстановцы» - здоровые мужики – приехали с шоколадками

Есть ли какое-либо прямое или косвенное давление со стороны госорганов?

– Если честно, то нет.

А запреты?

– Запреты? Нет. Мы одеваемся, как одеваемся. Даже те, кто сняли хиджаб, сделали это добровольно. Единственное условие – не одевать темное. Самое глвное – нас вернули на родину, хотя мы боялись, что нас всех посадят. Конечно, есть те, кого посадили, но на это были причины. Наша страна дорого заплатила за наши ошибки: переезды, перелет, уже в первый день нас обеспечили одеждой, средствами гигиены, провели медобследование, пролечили. Я очень благодарна. Негатива я ни разу не видела. На нас даже голос ни разу не повышали во время допроса. «Арыстановцы», которые за нами приехали, - здоровые мужики – привезли нам шоколадки. (Улыбается) Это было очень приятно. Психологов терпели наши капризы, многие не шли на контакт. Сейчас многим многодетным выделили жилье... Они не обязаны, но они это делают. Это очень большой шаг, я очень благодарна за это.

«Быть домохозяйкой, жить в Казахстан»

Кем вы видите себя через 10 лет?

– Домохозяйкой! Я не люблю быть в обществе, я домашняя. Хочу построить новую жизнь, воспитывать 3-4 деток в уютном домике.

Искренне хочу всех поблагодарить Центр «Шанс», Управление по делам религий. Была проделана очень большая душевная работа. Мы видели искренность, трепет. Я никогда не забуду «Арыстановцев», их трогательную заботу. Я очень благодарна всем, начиная с Главы государтства до последнего человека, который нам помогал.

Данная публикация была подготовлена при финансовой поддержке Европейского Союза. Содержание данной публикации является предметом ответственности автора и не отражает точку зрения Европейского Союза.

Беседовал Махамбет Абжан

Оставить комментарий

Общество

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33