суббота, 25 сентября 2021
,
USD/KZT: 423.91 EUR/KZT: 497.37 RUR/KZT: 5.81
Джо Байден намерен назначить уроженку Казахстана главой банковского регулятора США USAID окажет финансовую помощь Мангистауской области Кто купит яхту «Дочки» «Казмунайгаза» за 878 млн тенге? Климатическая тревожность: 40 % молодежи боится заводить детей Центральная Азия улучшит дороги за счет ЕБРР В Казахстане растет количество правонарушений, связанных с наркотиками В Казахстане цены на лекарства подорожали на три процента В Казахстане 85% многодетных семей живут за чертой бедности В Казахстане за прошедшие сутки зарегистрировано 2 537 новых случаев заболевания коронавирусной инфекцией ⠀ Бывший вице-министр финансов Руслан Енсебаев приговорен к четырём годам лишения свободы Генеральной лицензии лишился еще один вуз Казахстана Сенат утвердил новые пособия для людей с инвалидностью В Казани смогут обучаться родному языку в метро Прибыль казахстанских ломбардов составила 19 миллиардов тенге 15 из 100 казахстанцев не могут позволить себе купить две пары обуви В Казахстане рост затрат на науку ожидается не раньше 2023 года У казахстанцев появилась возможность повысить качество предоставления государственных услуг В Латвии запретили использование георгиевских ленточек Куликовская битва: миф или реальность? МИИР собирается субсидировать 10 авиамаршрутов 5 миллионов казахстанцев прошли онлайн-перепись Токаев прибыл в Мангистаускую область 100 субъектов АПК обязаны возвратить в бюджет около 5 млрд. средств Объём казахстанского импорта составил 21,7 млрд долл. США Объём займов на душу населения в Казахстане вдвое ниже, чем в России

Кризис компетенций во власти и неравенство возможностей – основные факторы экономического торможения

Рахимбек Абдрахманов

Есть все основания утверждать, что глубинные факторы, препятствующие росту благосостояния как России, так и Казахстана, лежат вне плоскости экономической политики. Мы столкнулись с опасной ситуацией, когда экономический рост оказался в полной зависимости от эффективности государственного управления.

Это признавалось на самом высоком уровне и в России, и в Казахстане. В России об этом уже открыто говорил глава “Роснано” Анатолий Чубайс и Андрей Макаров, председатель Комитета Государственной Думы. Все чаще об этом говорят и независимые казахстанские эксперты.

Неспособность создавать высокие технологии – основная проблема экономики

Сегодня, как российская, так и казахстанская экономические модели находятся в процессе взаимной интеграции. К сожалению, прежде всего интеграции подвержены все недостатки каждой страновой экономической модели, что приводит, с одной стороны, к росту географии неэффективных экономик, с другой - к усугублению многих взаимных экономических проблем. Общей характерной чертой экономик России и Казахстана является неспособность создавать отрасли, производящие товары и услуги высокой технологической сложности. Это консервирует не только сложившуюся в каждой экономике сырьевую зависимость, но и технологическую стагнацию. Причем, если ряд крупных и средних российских компаний (Yandex, Rubetek, «Цифра», «Миландр» и др.) в той или иной степени, все же обладают некоторым технологическим заделом, то Казахстан практически изолирован от мировых технологических трендов. Мы не создаем конкурентные на мировых рынках софты, гаджеты, автомобили, электронику, приборы, оборудование, то есть все то, что обеспечило бы вовлеченность в глобальные рынки нивелировать сложившийся сырьевой характер зависимости.

Вместе с тем, сохраняющееся в российской и казахстанской экономике активное государственное доминирование в стратегических секторах через госкомпании, регулирование, монополизацию отраслей вытесняет бизнес из многих перспективных сфер. Это приводит к существенному снижению деловой активности, и препятствует появлению в предпринимательском секторе технологических наработок и инноваций.

Российские политики и эксперты, рассуждая о проблемах экономики, лежащих вне экономики, в первую очередь, указывают на несовершенство и коррумпированность судебной и правоохранительной системы. Действительно, влияние данных факторов на развитие деловой активности, критическое. Отсутствие доступа к справедливости, зачастую приводит предпринимателей к несправедливой потере доходов, бизнеса, капитала и свободы. Систематические нарушения прав предпринимателей государственными органами сопряжены как с потерями, так и ростом неуверенности бизнеса в завтрашнем дне. Как результат, мы получаем, с одной стороны, снижение деловой активности населения, а с другой - интенсивный отток предпринимателей и капитала за рубеж. Тем не менее, на наш взгляд, суды и правоохранительные органы – это лишь следствие более глубинных процессов. На самом деле, вопрос в методах государственного стимулирования экономики, практикуемых в России и Казахстане.

Государственный капитализм как способ стимулирования экономики?

В России власти, пытаясь переломить тренд замедления экономического роста, идут по привычному пути использования бюджетных ресурсов. Ставка сделана на государственные инвестиции и формирование госкорпораций (“Роснано”, “Ростех”, “Росатом”, “ВЭБ.РФ” и пр.). Общая стоимость нацпроектов, призванных стать драйверами не только экономического, но и научно-образовательного, культурного, демографического роста страны, составила 25,7 трлн. рублей. При этом часть денег на нацпроекты была изъята у населения и бизнеса через бюджетную консолидацию, связанную в том числе с повышением НДС в 2019 году с 18 до 20%. Однако еще в 2019 году глава Счетной палаты РФ Алексей Кудрин признал провальность этой стратегии: “Судьба нацпроектов и наццелей лежит вне нацпроектов. Первыми приоритетами являются судебная и правоохранительная системы, дестабилизирующие ситуацию и способтсвующие избирательному применению законодательства”.

В Казахстане также ни одна государственная экономическая программа, будь то “Дорожная карта бизнеса-2025”, “30 корпоративных лидеров”, “ГПФИИП», “Экономика простых вещей” и др., не дали ощутимых результатов в преодолении негативных экономических трендов. Многие так называемые “прорывные”, “инновационные”, “приоритетные” проекты, в которые были вложены триллионы государственных тенге, не только не привели к качественным изменениям в структуре экономики, но и не были введены в эксплуатацию. Из более чем 1500 крупных проектов, на которые за 20 лет реализации программы индустриализации было затрачено около 100 млрд. долл. США, по различным оценкам 80% проектов простаивают, обанкротились, либо работают не более чем на 30% загрузки мощностей.

Системные проблемы, не позволившие рациональным образом конвертировать государственные программы в технологии и успешные коммерческие проекты привели к ослаблению частных инициатив. Параллельно происходило укрупнение национальных компаний. Если взглянуть на основные государственные предприятия Казахстана, которые представлены финансовыми и инвестиционными организациями, мегахолдингами, обьединяющими многопрофильный бизнес (АО “Самрук-Казына”, АО “Зерде”, АО “Байтерек”, АО КазАгро и др.), можно наблюдать, что по активам эти институты занимают более 60% экономики страны, а их вклад в ВВП составляет около 50%. Сегодня, общий объем государственных активов Казахстана, включая совокупные международные резервы Национального фонда и Национального банка (около 80 млрд. долл., или порядка 45% ВВП), а также активы государственных холдингов “Самрук-Казына”, “Байтерек”, «КазАгро» и «Зерде», практически равен размеру ВВП страны.

Таким образом, можно сделать вывод, что, пытаясь стимулировать экономику, власти России и Казахстана традиционно делают большую ставку на государственный капитализм, нежели на поддержку и развитие частных инициатив. Если вернуться к тезису, что “экономические проблемы лежат вне экономической плоскости”, то эффективность выработанного политического решения можно поставить под сомнение. Сохраняющаяся в России и Казахстане высокая коррумпированность органов власти и государственных компаний, закрытость в принятии управленческих решений, отстранение гражданских институтов от контроля деятельности чиновников, проблемы судебной и правоохранительной систем, свободой слова, наряду с нарушением системы сдержек и противовесов в самой власти, делает доминирование государственного капитализма в экономике рискованной авантюрой.

Есть основание полагать, что ставка на государственный капитализм, как и любые другие инициативы, предполагающие деятельность в условиях сохранения существующего политического и экономического статуса-кво, в лучшем случае обеспечат замедление экономической деградации и консервацию действующих режимов, но не приведут страны к устойчивому росту благосостояния.

Проблемы экономики лежат вне экономической плоскости

Основные причины, лежащие вне экономики, и блокирующие рост экономического благосостояния как казахстанцев, так и россиян, можно свести к двум основополагающим и взаимосвязанным факторам – кризису компетенций во власти и неравенству возможностей.

Кризис компетенции во власти - значимый фактор, наносящий непоправимый урон экономическому процветанию страны. Мы столкнулись с опасной ситуацией, когда экономический рост оказался в полной зависимости от эффективности государственного управления.

Экономический успех авторитарных Китая и Сингапура был во много обусловлен действием в политической системе этих государств принципа меритократии, что обеспечило, с одной стороны, регулярную ротацию властных элит, с другой - высокий профессионализм государственной службы. Главным подспорьем меритократического управления как в Китае, так и в Сингапуре, являлась незыблемость права и справедливость судебной системы. Непотизм и фаворитизм, действующие в системе государственного управления России и Казахстана, не позволяют людям вовлекаться в процессы управления страной и государственными активами на принципах здоровой конкуренции мозгов и компетенций. Как результат, возникает большое количество профнепригодных управленцев, чьи профессиональные ошибки, вкупе с коррумпированностью, обходятся экономике по самой дорогой цене. Проваленные экономические госпрограммы во многом являются следствием происходящего кризиса компетенций внутри власти. В этих условиях нецелесообразно делать ставку на государственный капитализм, подобно Китаю и Сингапуру.

Основным инструментом демократическимх стран, обеспечивающим высокий уровень компетентности действующей власти, является открытый электоральный процесс и регулярная ротация элит на основе справедливой политической конкуренции. В условиях России и Казахстана говорить о подобном демократическом инструменте поддержания профпригодности власти пока не приходится. Отчасти проблему с компетенциями способен решать гражданский сектор, являющийся в развитых странах не только кадровым резервом действующей власти, но и постоянным источником дисциплины государственных структур. В России и Казахстане борьба с оппозицией не только “ослепила” “гражданское око”, но также привела к рассеиванию компетентных и квалифицированных гражданских активистов. Подобные действия, ко всему прочему, спровоцировали появление полумаргинальной внесистемной оппозиции. Борьба с оппозицией также лишает власть важных каналов коммуникации с различными социальными, демографическими, этническими, и религиозными группами, что неизбежно ведет к “информационному голоду” уже внутри самой власти. В условиях информационного вакуума, важные государственные (в т.ч. экономические) решения принимаются в отрыве от реального положения вещей, и, как следствие, оказываются не эффективными.

Неравенство экономических возможностей – еще один ключевой фактор. Нерабочее состояние системы гражданских возможностей, так называемых социальных лифтов, обусловлено в первую очередь низкой эффективностью государственных институтов. Неравенство возможностей - это всегда вопрос определений, а именно, насколько ваше благосостояние определяется теми факторами, на которые вы не в состоянии повлиять. Чем в большей степени успех человека определяется родословной, связями, семейным капиталом, национальностью, цветом кожи и пр., тем в меньшей степени используется основной ресурс страны - человеческий капитал. Общество несет высокие издержки, когда талантливые и компетентные люди не получают доступ к качественному образованию, медицине, работе по призванию, справедливым судам, капиталу. В каждом таком случае общество недосчитывается талантливых изобретателей, ученых, предпринимателей, врачей, учителей и государственных служащих. Каждый отказ, с которым сталкивается потенциальный “Илон Маск”, “Стив Джобс”, “Альберт Эйнштейн”, “Ли Куан Ю”, в получении качественного образования, доступного кредита, справедливого суда, подходящей работы, профессиональной медицины, увеличивает шанс выгорания, эмиграции зарубеж, или даже смерти. Поэтому вопрос того, почему мы до сих пор не обзавелись компаниями с мировым именем больше связан не с обделенностью талантами, а с частотой, с которой эти таланты и компетентность, упираются в невидимые потолки неравенства возможностей. И именно этой частотой обусловлено количество новаторов, устранённых и изолированных от участия в экономических процессах. По подсчетам Всемирного банка, от потери лишь одного хорошего специалиста в технической и гуманитарной области государство в будущем недополучит более 1 млн. долларов США. С 2000 по 2020 год косвенные потери российской экономики от эмиграции квалифицированного населения составили 600 млрд. долл США. В то время как вклад мигрантов в экономику США только в 2015 году составил 2 трлн. долл. А в мировой ВВП в том же году 6,7 трлн. долл. США.

Для Казахстана подобный анализ не производился. Взяв за базу ВВП России и Казахстана при пропорциональном пересчете можно предположить, что за последние 20 лет косвенные потери для Казахстана от эмиграции образованных, квалифицированных и талантливых людей составили порядка 50 млрд. долл. США, или около 30% ВВП.

Исходя из этого, можно наблюдать, что неравенство возможностей, блокирующее применение человеческих талантов и способностей, бьет по экономическому развитию государства гораздо ощутимее мировых цен на сырье и экономических кризисов. Если говорить об образовании, то отсутствие у подавляющей части населения как Казахстана, так и России доступа к качественным знаниям, в дальнейшем приводит к кризису компетенций не только в государственном управлении, но и экономических отраслях, образовании, науке, культуре. И этот процесс сопряжен с огромными и невосполнимыми социально-экономическими и политическими издержками.

Кризис компетенций уже привел к провалу экономической политики и технологической модернизации Казахстана, и отчасти России. Как следствие, мы получаем недоразвитость экономических отраслей, что для многих делает поиск работы по призванию на родине невыполнимой задачей. Помимо эмиграции, это побуждает человека заниматься непрофильной деятельностью, где зачастую потенциал используется не в полной мере, либо не проявляется вовсе.

Вот тут и “зарыта собака”, потому как нет более серьезного удара по суверенной экономике, чем “зарытые в землю” человеческие таланты и способности.

Оставить комментарий

Общество

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33