четверг, 09 декабря 2021
,
USD/KZT: 425.67 EUR/KZT: 496.42 RUR/KZT: 5.81
В столице провакцинировано 65 процентов жителей Комитет ООН признал нарушение прав Шарипа Куракбаева Депутат кредиттік амнистия жариялау туралы ұсыныс жасады Тенге продолжает восстановление PTC CARGO стал оператором первого регулярного поезда из Китая в Грузию Қазақстан тауар биржаларына қойылатын талаптарды арттырады В Казахстане могут объявить в розыск активиста Серикжана Билаша Ни хлеба, ни зрелищ: творческие люди в Казахстане не в цене Қазақстанда жаңа ұлттық саябақ құрылды Сотрудников министерства культуры Узбекистана обязали носить дуппи на работе Алексей Цой: «Вакцинация 70% населения позволит снизить пандемию до уровня сезонных заболеваний» Что стоит за выкупом акций Народного банка? Ұлттық санақ қорытындысы бойынша қазақстандықтардың жалпы саны аталды На фоне роста депозитной базы вклады  в Jusan Bank, Bank RBK и Нурбанке снижаются Қазақстан Қырғыз Республикасына әскери-техникалық көмек көрсетеді Коммунистическое прошлое не позволило Сауле Омаровой занять престижную должность в США Тоқаев рақымшылық туралы заңға қол қойды 9-летняя астанчанка стала чемпионом мира по джиу-джитсу Кузбасс шахтасынан тағы 13 адамның мәйіті табылды Многодетная семья из Караганды получила 122 тенге соцпомощи На нефтяной рынок поступили «бычьи» сигналы Фонд Батырхана Шукенова выпустил пластинку «Отан Ана» Токаев обещает построить четыре трансграничных хаба Павлодар облысында 70 млрд теңгеге өндіріс орны ашылады Фонд Динары Кулибаевой выделит Т520 млн на продукты для 20 тысяч семей

Каким видят Казахстан обычные граждане: неофициальная версия

Последние месяцы уходящего года информационная повестка в Казахстане перегружена темой 30-летия независимости. Соцсети и телеканалы полны фильмами, сюжетами, статьями и роликами о достижениях власти, старательно умалчивая о ее провалах. Между тем, «коллективная память» граждан помнит о них и это не менее важно, чем говорить об успехах. Команда PaperLab приступила к исследованию «30 лет независимости Казахстана глазами граждан: события, символы и герои». О том, почему это важно, exclusive.kz поговорил с политологом Алией Тлегеновой.

– Почему этот проект важен и как вы сформулировали основную проблему?

– Для Казахстана, как для молодой страны, 2021 год является символичной датой – празднуется 30-летие независимости страны. Поэтому очень важно оглянуться назад, понять, какой путь пройден и куда двигаться дальше. Проблема в том, что вся история независимого Казахстана, ее понимание, спускается сверху от политической элиты, и сформирована таким образом, чтобы осветить, приукрасить определенные события, а какие-то другие закрыть от общества или отбросить в закоулки памяти граждан. Интерпретация истории страны часто напрямую связана с вечно продолжающейся борьбой за легитимность существующей власти. Отсюда существующая сегодня политика, когда в публичной сфере взаимодействует целый ряд акторов, заинтересованных в определенном понимании и представлении нашего прошлого.

– Кто стоит за этим процессом?

– Это очень узкий круг людей, тесно связанных друг с другом, с правящим режимом, круг людей с определенным опытом, чаще всего очень далеким от опыта основной части граждан. Определяя направление политики памяти, истеблишмент использует различные административные ресурсы для продвижения выгодных ему нарративов о прошлом. Сложилась ситуация, когда мы не знаем переживаний самых обычных граждан и поэтому наш проект нацелен на то, чтобы круг людей, задействованных в формировании коллективной памяти, стал шире – сделать этот процесс не диктуемым сверху вниз, а наоборот, идущим снизу, из опыта и воспоминаний самих обычных казахстанцев.

Достижения, о которых неустанно говорят государственные идеологи, – это только часть истории. Но насколько с этим согласны обычные люди? Насколько они согласны с тем, что победы, которыми гордится официальная власть, действительно изменили в лучшую сторону их жизнь? На эти вопросы мы ищем ответы. Ведь очевидно, что в граждане помнят и о тяжелых моментах истории нашей независимости, но они редко выходят за пределы узких обсуждений в социальных сетях, дискуссий экспертного сообщества или разговоров на кухнях среди родных и друзей. А ведь именно они и являются основным элементом построения коллективной памяти.

– Какие, на ваш взгляд, основные механизмы монополизации исторической памяти использует элита?

– Зачастую это бывают различные государственные программы и документы, послания президента, речи, которые говорят с больших трибун на международных и государственных площадках, подконтрольные государству СМИ, школьные и университетские учебники истории – все транслируют официальный нарратив о нашей современной истории. Экспозиции в музеях, памятники культуры, книги, фильмы, музыка, которые создаются с подачи государственных институтов, также являются инструментами политики памяти.

– Если анализировать чрезмерную идеологизацию, о которой вы говорите, насколько она вообще срабатывает в отношении молодежи? Наша власть транслирует тот же самый месседж, что транслировала советская власть: «Мы, благодаря нашему вождю, шагаем в светлое будущее»?

– Насколько она эффективна, сказать тяжело. Нужно отдельное масштабное исследование, чтобы понять, насколько этот меседж прижился. Но точно могу сказать, что выход публичной дискуссии на более демократичную платформу в интернете, развитие и распространение различных независимых площадок в социальных сетях однозначно повлияли на то, что молодежь более критически оценивает конструкции и нарративы, спускаемые сверху. Мы в своем исследовании проводим фокус-группы с разными поколениями, и самое младшее поколение в возрасте до 21 года показало свою осведомленность о происходящих в стране событиях, политическую подкованность и стремление знать правду.

– Если рассматривать нашу коллективную память как картину, каких пазлов в ней не хватает?

– Мы еще не закончили работу, но уже можем сказать о некоторых паттернах и их интерпретациях, которых явно не хватает в официальном нарративе. Это и тяжелая экономическая ситуация в 90-х, и смена Конституции 1995 года, когда были усилены президентские полномочия, а система противовесов сломлена, движение Демократического выбора Казахстана и его ликвидация, убийства видных оппозиционных политиков, события в Жанаозене, взрывы на складах боеприпасов, теракты и другие события, которые можно назвать травмирующими.

– Есть такое понятие, как «проработка травмы», используемое психологами в индивидуальной терапии. Значит ли это, что такое правило применимо и для общества?

– Да, в исследованиях памяти часто используется эта метафора травмы и ее проработки. Проработка включает в себя понимание и принятие в обществе причин, которые стояли за травмирующем событием, а также, того, кто несет ответственность за это событие. Важно понимать, что непроработанная травма сама по себе может сильно разделять общество, ведь кто-то будет жить с уверенностью в том, что в его или ее стране никогда не было политических заключенных, а кто-то будет бояться преследования за шуточную новость. А на этом выстроить целостное, гармоничное общество довольно проблематично. Поэтому основной целью проработки прошлого является определение каких-то базовых установок и ценностей, на которых и будет строиться будущее страны. Плюсом идет и то, что это способствует повышению уровня доверия граждан к государству и государственным институтам, если государство готово выйти на диалог с обществом и признать свою ответственность за тяжелые моменты истории.

– Что станет итогом исследования?

– Итогом нашей работы станет публикация аналитического доклада. Мы надеемся получить картину того, что такое независимость в глазах казахстанцев, какова ее значимость и как граждане определяют основные символы независимости. Мы также попытаемся проследить, какие события и личности, повлиявшие на ход истории независимого Казахстана, выделяются или, наоборот, забываются гражданами. Таким образом, мы постараемся представить историю последних 30 лет Казахстана через призму обычных граждан нашей страны и, конечно, обсудить это на открытых дискуссиях.

Оставить комментарий

Общество

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33