понедельник, 27 сентября 2021
,
USD/KZT: 423.91 EUR/KZT: 497.37 RUR/KZT: 5.81
Какие фобии у казахстанцев? В акиматах не предусмотрены субсидии для частных автопарков Казахстанские полицейские расследуют 70 фактов торговли людьми Туркестан получит из Нацфонда 2,3 миллиарда тенге О чем говорил посол Казахстана с представителем Талибана? Какую материальную помощь получат семьи погибших в Таразе? Казахстанские нефтяники зарабатывают меньше всех в мире Из 600 казахстанских ломбардов контроль ведут лишь 20 Jusan приобрел Азиатско-Тихоокеанский банк, на очереди Kcell Джо Байден намерен назначить уроженку Казахстана главой банковского регулятора США USAID окажет финансовую помощь Мангистауской области Кто купит яхту «Дочки» «Казмунайгаза» за 878 млн тенге? Климатическая тревожность: 40 % молодежи боится заводить детей Центральная Азия улучшит дороги за счет ЕБРР В Казахстане растет количество правонарушений, связанных с наркотиками В Казахстане цены на лекарства подорожали на три процента В Казахстане 85% многодетных семей живут за чертой бедности В Казахстане за прошедшие сутки зарегистрировано 2 537 новых случаев заболевания коронавирусной инфекцией ⠀ Бывший вице-министр финансов Руслан Енсебаев приговорен к четырём годам лишения свободы Генеральной лицензии лишился еще один вуз Казахстана Сенат утвердил новые пособия для людей с инвалидностью В Казани смогут обучаться родному языку в метро Прибыль казахстанских ломбардов составила 19 миллиардов тенге 15 из 100 казахстанцев не могут позволить себе купить две пары обуви В Казахстане рост затрат на науку ожидается не раньше 2023 года

Путь подонка

Когда я прочитал о событиях в Таразе, случившихся 12 ноября,  возникло ощущение чего-то знакомого, как будто где-то это уже происходило или было показано, но в деталях не удержалось в памяти. Но это была не ассоциация со всякими халифатами и джихадистами. У халифатских суицидников на первом плане стоит их собственная смерть, для них важно одно-единственное событие, которое можно заранее любовно обсосать в своём униженном сознании и заранее оплакать величие своей смерти на все лады. Тут любой каскад событий дробит значимость каждого эпизода в отдельности, разрушает театральную целостность образа, и к тому же возможные случайности снижают шансы реализации слишком сложного плана в целом. Спланированный заранее типичный халифатский теракт был бы спланирован поумнее, и именно поэтому его можно было бы как-то предвидеть и пытаться предотвратить, вдумываясь в логику преступника. Да, есть ещё халифатские зомби — изнасилованные женщины, которых отправляют взрывать себя, обещая в противном случае забить камнями, как положено в халифатах. Они ведут себя, как замороженные на поводке, и на них таразский убийца похож ещё меньше. Но на кого же он похож? Да вот на кого — на героя американского боевика-ужастика, который внезапно попал в чрезвычайную ситуацию и прёт напролом, стреляя в упор без колебаний. Не зря в первые часы после событий в новостях мелькала кличка «Терминатор». Через пару дней кличка исчезла, но это не потому, что тут нет никакого сходства. Просто не наши это герои — те, что из американских боевиков. Мы не восхищаемся подонком, хоть он тут тройное сальто сделает из своей и чужой смерти. Это у них герой может круто убивать невиновных людей, и за эту крутизну им будут восхищаться авторы и зрители фильма. Это у них «cool» значит «круто». А у нас это просто мерзко. Не можем мы полюбить холодную кровь и ледяную жестокость. Зачем только смотрим, зачем детям своим даём смотреть? Ведь понимаем, что всё это — психическая болезнь американской культуры. А всё равно смотрим — как на уродов в кунсткамере, которые просто не могут появиться в реальности, потому что это невозможно. А оно ведь возможно, вот в чём беда. Любое уродство, которое красиво показано, рано или поздно найдёт свою больную психику, поселится в ней и будет ждать своего часа. Сначала стали появляться американские подростки, устраивающие стрельбу в школе. У каждого из них была обдуманная тактика расстрела, тренировка в тире, план проноса ствола в школу, и ни у одного не было никакого смысла в поступке. Было рабское следование подростковой психики усвоенному кинообразцу, который учит, что убивать людей — это очень даже cool, если это даёт хороший кадр. А ещё лучше — много хороших кадров, с брызгами крови и мозгов. Именно этим отличаются дальние западные уроды от ближних халифатовских — дальним нужна не театральная опера, а драйвовый боевик, много кадров, длинный каскад смерти, серия убийств, сплошной поток непрерывного кошмара. И если этот каскад спонтанный, неспланированный — это тем более cool. Ну ладно, думали мы, это у них, на американской родине терминаторов и наёмных киллеров, случаются такие кошмары, но вот уже в цивилизованной Европе это просто невозможно. А потом был Брейвик в Норвегии — более семидесяти трупов, большинство из них — дети, потери полиции — один человек. Какие они там сделают выводы в Норвегии, ума не приложу. Наверное, наградят своих трусов в погонах и пожмут плечами. Именно на основе внешней эстетики событий я и полагаю, что убийца Максат Кариев — это скорее реинкарнация норвежца Брейвика, чем раб арабского халифата. Это не исключает противоположной декларируемой мотивации Брейвика и Кариева. Первый что-то вещал против халифата, а второй мог быть в чём-то за эту средневековую арабскую систему. Но на самом деле оба, прежде всего, абсолютные отморозки, не ведающие чужого страдания или получающие от него удовольствие. Это могла быть, во-первых, психическая болезнь, которую умеют распознавать психиатры. А во-вторых, это было упоение американской культурой аморального убийства, которую Голливуд насаждает повсюду с маниакальным упорством. Пусть американцы радуются своим убийцам, если хотят. Мы смотрим на эти вещи принципиально иначе. Подонок М. Кариев на каждом своём шагу совершал предательство доверившихся ему людей, которое у нас не имеет оправдания даже на полволоска. Мы ведь и не замечаем, что каждый из нас доверяет свою жизнь каждому встречному на улице города. Если бы мы жили по законам боевиков, не выходили бы из дома без ствола, снятого с предохранителя, и всегда стреляли бы первыми, как положено по-ихнему, по-вестерновски. Но мы так не делаем, потому что доверяем друг другу. И если преступник на улице внезапно стреляет в человека, который заведомо не был намерен вести с ним огневой бой, он совершает именно подлое и трусливое предательство своего соотечественника, а вовсе не добивается какой-то там удачи в бою. Это в полной мере касается и стрельбы в полицию, которая ходит по улице. На них надета форма, которая постоянно обозначает, в кого должен первым стрелять преступник. И у них оружие на предохранителе, чтобы случайно кого не задеть. Они доверяют людям, и не рассчитывали на урода даже тогда, когда задерживали его по ориентировке. Мы знаем, как американская полиция задерживает предположительно вооружённого преступника в автомобиле — палец полицейского дрожит на спуске пистолета, ствол нацелен точно в голову подозреваемому, выпученные глаза и истерический крик. Ни один псих не рискнёт пошевелиться, потому что мочить будут сразу, не столько даже от полицейской крутизны, сколько от страха. А как задерживали Кариева полицейские на дороге? Что им мешало снять автомат с предохранителя и направить его в голову уроду до того, как его машина остановилась и руки освободились? Ни ловкость, ни даже удача тут ни при чём. Они, как это ни странно, доверяли ему, почти как нормальному человеку, и заплатили за своё доверие жизнью. А как конные полицейские планировали взять вооружённого автоматом отморозка, не имея оружия вообще? Это ведь только сейчас начальство додумалось, что камча недостаточно убедительна, и вооружило-таки всадников. Таким образом, для настоящего мерзавца нет никаких технических проблем в том, чтобы убивать полицейских на улице, если те ему доверяют, как средневменяемому гражданину или хотя бы как среднекриминальной личности. А обман доверия — это предательство. Так что если солдаты халифата заочно приняли предателя Кариева в свои ряды, они явно не ориентируются в ситуации. Будь они хоть немного умнее, открещивались бы от него, как от чумы, как все европейские нацисты дружно отказались от общности с Брейвиком. И всё же есть одно важное различие в норвежских и казахстанских событиях. У норвежцев полиция полтора часа ждала, наверное, когда у убийцы кончатся патроны, позволив ему расстреливать детей. Казахские полицейские бросались на убийцу хоть с голыми руками и погибали от его пуль и бомбы, но не дали ему времени убивать мирных граждан, отвлекая его огонь на себя и беспрерывно преследуя. Павшим героям вечная память. Если у простой казахстанской полиции такой моральный уровень и боевой дух, то любые халифаты уже заведомо проиграли свою войну. Но это, конечно, если кто-то на верхних этажах аппарата власти страны не предаст доверившихся.
Оставить комментарий

Антресоли

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33