Алматинский Вознесенский собор: женственное звучание колокола
Поддержать

Алматинский Вознесенский собор: женственное звучание колокола

В Вознесенском соборе Алматы с десяток лет звонит в колокола тонкая и звонкая девушка Мария. Но о том, что именно она долгое время заправляет колокольней самого известного исторического памятника Алматы и Казахстана, знают немногие.

В августовские предосенние дни, когда понемногу жухнет трава и желтеют деревья, перезвоны колокола звучат то печально, то радостно. Исполнителя не видно. Лишь слышно, как переливчато звонко или раздумчиво глухо стекает сверху музыка.

Первое упоминание в летописях о колоколах относится к 988 г. Веками колокола оповещали о пожарах и наводнениях, о приближении врага, встречали торжественным перезвоном царей и победителей, собирали жителей поселений для обсуждения общих дел.

В послевоенный советский период звонарное искусство поддерживалось лишь в редких монастырях и музейных комплексах – как дополнение к истории. И звонарями были только мужчины.

Сегодня все изменилось. Искусство колокольного звона возрождается. Стали популярными музыкальные фестивали, и нам зачастую невдомек, что за звонарным пультом, к которому от больших и малых язычков тянутся тросики, может стоять хрупкая девушка. К слову, именно в Казахстане девушки успешно переняли это преимущественно мужское занятие.

В 2007 году из Троице-Сергиевой лавры в Алмату приехал звонарь Александр. Он настраивал звонницу возрожденного Софийского собора на подворье Иверско-Серафимовского женского монастыря и обучал звонарному искусству первых музыкантш. Однако поговорить с ними не удалось.

На удачу в Вознесенском соборе Алматы с десяток лет звонит в колокола тонкая и звонкая девушка Мария. Но о том, что именно она долгое время заправляет колокольней самого известного исторического памятника Алматы и Казахстана, знают немногие. Позитивная и светлая, Маша занятия своего не афиширует и фамилию просит не называть.

На колокольне Софийского собора Маше прежде звонить не доводилось. Нас встречает звонарь Андрей и, как радушный хозяин и коллега, приглашает нас.  

– Все это, конечно, музыкальный инструмент, – Мария обводит рукой пространство вокруг себя. – Вот и пол деревянный. Как дека у гитары. Или корпус пианино. Балки, на которые подвешивают колокола, тоже из особого дерева. Чтобы у звука были объем, мягкость, благозвучие. 

– Мне кажется, что я захотела звонить, когда впервые живьем услышала колокольный звон. Тогда были звонари-мужчины, причем, все постарше. Или я их воспринимала такими… возрастными. Потом звонари стали меняться. Иногда от кого-то слышишь – вон звонарь пошел. И думаешь, а, вон это чьи звоны звучали! Когда познакомилась, появилась возможность попроситься на колокольню подняться, посмотреть… И что-то происходит. Во всяком случае, со мной это произошло. Вначале сидела на колокольне, слушала и смотрела, как подруга играет на тросиках. Наверное, года два так ходила – слушать и смотреть. И, насколько я знаю, много ребят ходило. Пробовали. У кого-то получалось. А кто-то сдавался. Кто-то понимал, что не может овладеть, потому что кажется просто, а оказывается, необходимо обладать чувством ритма.

Ритм, – делится Мария, – как конструкция, на которую звонарь будто нанизывает свою мелодию. Как басы в хоре – основа всего строя. Большое значение, конечно, играет и музыкальный слух. Способность слышать звуки, их высоту, продолжительность.

Музыкантам – проще. Мария – пианистка, училась в музыкальной школе. На регентском отделении семинарии их учили на слух определять, как в хоре звучит, например, второй голос или бас. В колокольном звоне – то же самое. Прежде нужно научиться слышать партию каждого отдельного колокола, в то время как звучат все.

Ей тоже пришлось довольно долго учиться. Правда, Маша не признаётся, что уже многому научилась и звонит профессионально. Говорит, что продолжает учиться этому искусству, стремится к мастерству, приглядывается и прислушивается, как играют другие. При этом недавно стала обладательницей диплома первой степени на конкурсе звонарей, объявленного в России и прошедшего онлайн в нескольких странах.

Маша встает за пульт и пробует первый аккорд. Под колоколами, где мы находимся, звук не оглушает, хотя звучит гораздо громче обычного. Тонкими пальчиками Маша виртуозно сообщает веревкам такты и извлекает из металла мощные звуки. Её пальцы ласточкиными хвостиками летают по толстым шнурам, что тянутся от колокольных языков. И колокола, причудливо переплетаясь в ритме мелодии, поют свои партии.

Вот звучит последний аккорд, своего рода «до встречи!» или «всего хорошего» тем, кто слушал внизу. И наступает тишина. Но в самой колокольне еще дрожит и вибрирует густое, едва слышное многоголосье. Будто хор, удаляясь, продолжает исполнять песню. Только что она радостно звучала. И теперь, «остывая», это созвучие оставляет ощущение умиротворения.

Мария просит Андрея:

– Поиграй, мы послушаем. Ты так радостно звонишь!

Андрей встает на звонарское место и звонит мощно, солнечно.

– Слышите, какой задорный звон у ребят, – делится Мария. – Девочки звонят нежнее, напевнее… Но разницы нет – главное, чтобы радость была.

Иногда больные просятся со мной на колокольню. – Делится в заключение беседы Мария. – Просто постоять или присесть под колоколами, послушать. Особенно деткам нравится. У них слух становится лучше. А у взрослых головная боль проходит.

Константин Маскаев Фото АПН

Комментариев пока нет

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

С этим так же читают