воскресенье, 23 января 2022
,
USD/KZT: 425.67 EUR/KZT: 496.42 RUR/KZT: 5.81
Насколько велико расслоение в Казахстане в сравнении с другими странами Почти в половине административных дел по январским событиям суд ограничился предупреждением Правительство поручило ускорить работу по возмещению ущерба бизнесу Тоқаев Бас прокуратура мен ІІМ-не тапсырма берді Совещание с силовиками и спецслужбами провёл Токаев ЕЭК Кеңесінде Қазақстанның атынан Сұлтанов өкілдік етеді Присоединиться к договору о запрещении ядерного оружия призывает Казахстан Болат Жамишев: перечисления в фонд «Қазақстан Халқына» будут осуществляться в рамках налоговых льгот Туыстарым мен арқылы бір шаршы метр жер алған емес - БҚО әкімі Бахыт Султанов станет представителем Казахстана в совете ЕЭК Глава МИД рассказал о январских событиях на заседании в ОБСЕ Казахстанцы могут сообщать о завышенных ценах на продукты - эксперты Колебания в нефти привели к снижению тенге Тоқаев: Еліміздегі білім жүйесін өзгерткім келеді Айдос Сарым: Решение Европейского Парламента является элементом политической игры Страховые компании Казахстана упростили рассмотрение страховых случаев О чем говорил Токаев на встрече с бизнесменами? Халықтың жартысының табысы 50 мың теңгеден аспайды - Тоқаев АО «Ак Алтыналмас» повышает заработные платы сотрудникам Кенес Ракишев и Асель Тасмагамбетова перечислят Т1 млрд в фонд «Қазақстан халқына» Генпрокуратура опубликовала номера дежурных прокуроров для жалоб казахстанцев Открыт прием заявок для бизнесменов Казахстана на возмещение ущерба - НПП «Росатом» Қырғызстанда АЭС салады МИД отреагировал на заявление Европарламента с критикой в адрес властей Казахстана Франция Әблязовқа тағылған айыпты алып тастауға шақырды

«Невидимые чемпионы» Китая и 251 единорогов

За последние 20 лет в Китае появился целый ряд успешных технологических компаний. Они породили многочисленные спекуляции на тему научной и технологической компетентности страны, а также её способности к инновационной деятельности. Одни утверждают, что Китай уже кусает Америку за пятки на этих направлениях, а в некоторых отраслях даже стал мировым лидером. Другие же считают, что Китай не так уже далеко продвинулся, как может показаться, а атака органов регулирования на технологические компании остановит его непрерывный прогресс. Кто прав?

Те, кто сомневается в прогрессе Китая, подчёркивают, что страна зависима от западных технологий, а её доморощенные технологические компании пока что не конкурируют с американскими аналогами на глобальном уровне. Между тем оптимисты Китая отмечают, что эти компании продолжают быструю международную экспансию, подтверждая исключительную способность Китая к обучению.

Сторонники второго лагеря правы. И более того, китайская способность обучаться – это и есть секрет экономических успехов страны, и она говорит намного больше о перспективах Китая, чем о его нынешних технологических позициях. Ведь технологические инновации – это, скорее, результат, а не исходный материал экономического развития на основе предпринимательства. Именно в процессе создания успешного бизнеса предприниматели получают возможности для развития новых технологий и для их применения.

Да, в последние годы Китай сталкивается с усиливающимися внешними проблемами, в том числе ограничением технологического обмена развитыми странами. Кроме того, попытки правительства поддержать международный экономический порядок и смягчить финансовые риски, например, усилив регулирование технологических компаний, вызывают противоречивую реакцию у рынков. А некоторые иностранные производители, как сообщается, уходят из Китая.

Но экономика не остановилась. Наоборот, импульс предпринимательства, движущего вперёд развитие Китая, по-прежнему силён. И здесь Китаю помогает наличие гигантского внутреннего рынка размером в 1,4 млрд человек, которых соединяют хорошо развитые транспортные системы, передовые коммуникационные сети, а также гибкие и эффективные производственные цепочки.

Многие иностранные фирмы приходят и уходят, но так происходит всегда, и совсем не потому, что с иностранцами на китайском рынке обращаются несправедливо. Просто иностранным фирмам очень трудно конкурировать с местными компаниями, обладающими значительными преимуществами, в частности, у них меньше бюрократических барьеров и глубже знание рынка. Иностранные компании могут прийти в Китай, обладая незначительным технологическим преимуществом, но обычно оно оказывается краткосрочным, поскольку китайские фирмы очень быстро учатся.

На сегодня в Китае имеется невероятное количество успешных малых и средних предприятий. Может быть, они не очень широко известны (их даже называют «невидимыми чемпионами»), но они постоянно занимаются инновациями, применяя передовые технологии. И ряды таких компаний продолжают расти.

Кроме того, существует большое число китайских компаний, обслуживающих зарубежных клиентов, при этом у многих из них масштабы присутствия в Европе и в США больше, чем в Китае. Эти фирмы опираются на эффективные китайские системы складирования, дистрибуции и логистики, а также на свои превосходящие возможности разрабатывать и производить товары, что помогает им повысить конкурентоспособность на зарубежных рынках.

Типичным примером такой фирмы является Shein, основанный в Нанкине в 2008 году онлайн-ритейлер быстрой моды. Этот проект начинался как трансграничная компания интернет-торговли, продававшая одежду через платформы Amazon и eBay. Но в 2014 году был создан собственный бренд, а также запущен сайт и мобильное приложение для оформления заказов на рынках по всему миру – от США и Европы до Ближнего Востока и Индии.

Продавая недорогую одежду напрямую клиентам, компания Shein стала успешной. Прошло немного времени, и её сайт вышел на второе место по популярности у молодых американских интернет-покупателей, уступая только Amazon. По данным Google Trends, пользователи в США, а это ведущий рынок для этой компании, ищут в интернете Shein в три раза чаще, чем Zara.

Бизнес Shein оценивается в $15 млрд, но эта компания была не очень хорошо известна в Китае вплоть до прошлого года, когда её включили в топ-10 китайских «единорогов» (то есть частных компаний со стоимостью более $1 млрд). Причина этой малой известности в том, что она не работает на китайском рынке. Зато она активно использовала преимущества Китая (а это результат огромного количества государственных инвестиций на протяжении последних 20 лет) для выстраивания своей гибкой производственной цепочки, базирующейся в Гуандуне, наиболее развитом промышленном центре страны.

Благодаря этой производственной цепочке, Shein, как сообщается, может выпускать новые товары (от стадии дизайна до производства) за десять дней. У конкурентов компании на рынке быстрой моды товары обычно разрабатываются в Европе, производятся в Юго-Восточной Азии и Китае, затем отправляются на склад в европейском центре и лишь после этого поставляются на мировые рынки, поэтому они просто не могут угнаться за китайской фирмой. Кроме того, Shein начала строить склады на некоторых ключевых рынках.

Shein не является какой-то аномалией. Китай может похвастаться целым рядом других платформ трансграничной интернет-торговли товарами быстрой моды, а также 251 единорогом (по состоянию на прошлый год). В этот список входят мобильные приложения социальных сетей, например, TikTok, внезапно захвативший весь мир. Влияние китайских интернет-компаний велико и продолжает нарастать на европейском, американском и южно-азиатском рынках.

Отчасти это заслуга китайского правительства. После вспышки SARS в 2003 году оно поддержало расширение интернет-торговли. А в дальнейшем для компенсации шока мирового финансового кризиса 2008 года оно постоянно инвестировало в интернет, коммуникации и транспортные сети, системы мобильных платежей, в расширение потенциала логистики и складирования, в производственные цепочки, одновременно способствуя налаживанию межотраслевых связей. Вся эта работа помогла укрепить и поддержать базовые источники инновационного динамизма в экономике.

Да, конечно, гигантская, быстрорастущая экономика Китая страдает от собственных структурных проблем, которые выглядят не соответствующими её базовому динамизму. Столь явное противоречие служит напоминанием о сложности экономики. Например, государственный сектор в Китае получает непропорциональную долю финансовых ресурсов, что обычно считают примером их неправильного распределения. Но как показали новейшие исследования, государственные предприятия могут служить неформальным каналом смягчения финансовых трудностей у малых и средних предприятий.

Те, кто избыточно фокусирует внимание на поверхностных явлениях, будут и дальше недооценивать экономическую устойчивость Китая. Невозможно действительно понять китайскую экономику и её перспективы, не обратив внимания на неподавляемый динамизм, формирующий её фундамент.

Чжан Цзюнь – декан Школы экономики в университете Фудань, директор Китайского центра экономических исследований (Шанхай).

Copyright: Project Syndicate, 2021. www.project-syndicate.org

Оставить комментарий

Общество

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33