понедельник, 27 сентября 2021
,
USD/KZT: 423.91 EUR/KZT: 497.37 RUR/KZT: 5.81
Джо Байден намерен назначить уроженку Казахстана главой банковского регулятора США USAID окажет финансовую помощь Мангистауской области Кто купит яхту «Дочки» «Казмунайгаза» за 878 млн тенге? Климатическая тревожность: 40 % молодежи боится заводить детей Центральная Азия улучшит дороги за счет ЕБРР В Казахстане растет количество правонарушений, связанных с наркотиками В Казахстане цены на лекарства подорожали на три процента В Казахстане 85% многодетных семей живут за чертой бедности В Казахстане за прошедшие сутки зарегистрировано 2 537 новых случаев заболевания коронавирусной инфекцией ⠀ Бывший вице-министр финансов Руслан Енсебаев приговорен к четырём годам лишения свободы Генеральной лицензии лишился еще один вуз Казахстана Сенат утвердил новые пособия для людей с инвалидностью В Казани смогут обучаться родному языку в метро Прибыль казахстанских ломбардов составила 19 миллиардов тенге 15 из 100 казахстанцев не могут позволить себе купить две пары обуви В Казахстане рост затрат на науку ожидается не раньше 2023 года У казахстанцев появилась возможность повысить качество предоставления государственных услуг В Латвии запретили использование георгиевских ленточек Куликовская битва: миф или реальность? МИИР собирается субсидировать 10 авиамаршрутов 5 миллионов казахстанцев прошли онлайн-перепись Токаев прибыл в Мангистаускую область 100 субъектов АПК обязаны возвратить в бюджет около 5 млрд. средств Объём казахстанского импорта составил 21,7 млрд долл. США Объём займов на душу населения в Казахстане вдвое ниже, чем в России

ЕАЭС превращается в главную угрозу для его членов

МИД Казахстана в непривычной для него оперативной и жесткой манере отреагировал на заявление замглавы МИД России Александра Панкина о том, что в ЕАЭС прорабатывается консолидированный ответ на санкции Запада: «Казахстан никаких переговоров о "консолидированных мерах" стран ЕАЭС в ответ на санкции других государств не ведет и выступает против наделения органов евразийской интеграции несвойственными функциями и против политизации объединения».

По мнению многих экспертов, Кремль в очередной раз демонстрирует намерение использовать ЕАЭС как инструмент для решения своих геополитических задач в стратегической конкуренции с Западом, при этом не спросив мнения своих «партнеров», а просто поставив их перед фактом.

Казахстанские и зарубежные эксперты считают, что за недружественные действия отдельных политиков приходится расплачиваться всем участникам Союза. Эти вопросы были обсуждены на круглом столе, организованном клубом A+ Analytics и New Geopolitics Research Network.

Айдар Амребаев, политолог: «Проблема в трусоватости наших лидеров»

Проблемным вопросом является то, что РФ, инициируя ряд инициатив, редко согласовывает их со своими партнерами. Это касается не только вопроса санкций, но и, например, в 2015 году лидеры РФ и КНР Владимир Путин и Си Цзиньпин подписали договор о сопряжения ЕАЭС и инициативы «Один пояс, один путь» (в то время «Экономический Пояс Шелкового пути» - прим. авт.). При этом, данный договор не был согласован со всеми партнерами по ЕАЭС, и был единоличным решением Москвы. Как известно, данная договоренность после дальнейших дипломатических усилий с казахстанской стороны была подтверждена год спустя на астанинском саммите глав-государств ЕАЭС. Эта тенденция вызывает беспокойство в Казахстане, поскольку Россия считает, что партнеры по умолчанию будут согласны с любыми решениями Москвы. Поэтому, заявления о «консолидированном ответе ЕАЭС» - является очередным примером таких волюнтаристских решений российского руководства, что существенно ограничивает субъектность стран-участниц, представляя собой не просто риск, а угрозу национальной безопасности и экономической независимости Казахстана, поскольку ставит под сомнение внешнеполитическую доктрину страны. РФ по-прежнему полагает себя главным доминирующим игроком, все время продавливая свои инициативы, заставляя, например, постоянно оправдываться своих партнеров, в том числе, Казахстан. «Эти вещи (прим. – информационные атаки России) нужно однозначно пресекать. Казахстанская позиция заключается в том, что Москве не стоит политизировать ЕАЭС и вовлекать Казахстан во всякие авантюры.

Осторожность политики Казахстана, объясняется, в том числе и, наличием большого количества политиков, экспертов, которые по привычке оглядываются на мнение Москвы. Нам пора активизировать поиск новых партнеров, которые могут стать альтернативой России, например, Турция, которая ведет смелую политику на постсоветском пространстве и может сбалансировать ее внешнюю политику в отношении постсоветского пространства.

Меруерт Махмутова, директор общественного фонда «Центр анализа общественных проблем»: ЕАЭС – главная угроза для нашей экономической устойчивости.

Заявление МИД ясно дало понять, что Казахстан не может присоединиться к санкциям против крупнейших экономик мира. Это еще один повод вспомнить о том, что и в целом ЕАЭС изначально не мог быть выгодным в силу сырьевого характера нашей экономики. Тем более, что наш экспорт идет на мировые рынки, и частично через трубопроводы России, с которой мы конкурируем на одних и тех же сырьевых рынках. И наконец, наш крупнейший торговый партнер – ЕС. Поэтому решение присоединиться тогда еще к Таможенному союзу изначально не могло принести выгод для Казахстана.

Наши чиновники любили апеллировать к аргументу о том, что мы получим новый рынок сбыта - вместо 18 млн. получаем 170 млн., имея в виду общий рынок ЕАЭС. Но, если говорить о масштабах экономики, то это был изначально союз неравноправных партнеров. Российская экономика в десять раз больше казахстанской, и еще больше этот разрыв с кыргызской и белорусской экономиками. Еще один аргумент – создание некоего подобия Евросоюза. Но там крупнейшие экономики Франция и Германия взяли на себя груз по содержанию ЕС. В нашем же случае, если называть вещи своими именами, это было сугубо политическое решение. Достаточно вспомнить, как именно Россия активно убеждала нас в экономических выгодах, обещаниях 4-процентного ежегодного роста казахстанской экономики. Понятно, что доверять расчетам россиян было ошибкой с нашей стороны. Предостережения экспертов о том, что Казахстан ничего не выиграет от этого союза не были услышаны. Прошедшие десять лет показали, что все уверения о свободном движении капитала, товаров и услуг в рамках ЕАЭС – не более, чем манипуляции. Тем более, что основной товарооборот приходится именно на долю России – больше 90%. Но, если посмотреть на взаимную торговлю Казахстана и России, то у нас всегда был отрицательный торговый баланс. За семь лет подписания ЕАЭС и десять лет Таможенного Союза объемы импорта из России только растут. И чем больше нас затягивают обязательства по союзу, тем более губительными будут экономические последствия. Нам придется нести бремя это союза, чьи экономические выгоды сомнительны, а политических изначально не могло быть.

Я думаю, что наши переговорщики в комиссиях должны более тщательно анализировать российские инициативы. Понятно, что теперь выйти из ЕАЭС мы уже не можем, но по крайней мере, надо занять выжидательную позицию и посмотреть, что с Россией будет под давлением санкций. К сожалению, расчеты делать трудно, но ясно, что санкции отрубают хвост российской экономике по кусочкам. И последствия этого мы, безусловно, почувствуем потому, что наши экономики очень сильно интегрированы. И не столько торговле, сколько в политиках – мы подписали соглашения о согласовании своих действий во всех сферах.

Расул Жумалы, политолог, член НСОД: «Последствия санкционного давления будут нарастать не только для России, но и для Казахстана»

Санкции – медленное, но верное оружие. С точки зрения их эффективности только в 30-35% случаев санкции приводят к четкому и однозначному эффекту – принуждают к изменению политики, подходов и т.д. Обратным эффектом санкций может быть, то что страна под их действием может объединяться, консолидироваться, приобретать новых союзников, спонсоров, доброжелателей. Однако, в долгосрочной перспективе санкции, за редким исключением, имеют серьезный эффект. Например, на том же Петербургском экономическом форуме российские эксперты уже не так безмятежны, они уже не говорят: «Не смешите мои Искандеры». Теперь их риторика изменилась, они, наоборот, констатируют болезненность санкций и призывают к их снятию. Они даже называют цифру в 100-150 млрд. долл. прямого ущерба России от санкций. А поскольку она не собирается отказываться от Крыма, от своей политики, оснований для отмены санкций не будет, поэтому санкционный режим будет еще больше усиливаться.

Для Казахстана проблема состоит в том, что недостаток усилий санкционного противодействия Россия пытается скомпенсировать за счет других стран. В современных условиях Москва уже растеряла большинство своих союзников, а Казахстан все еще остается одним немногих из них, что, очевидно, важно для России.

Что касается ЕАЭС, то совершенно ясно, что эта организация с самого начала была убыточным проектом для Казахстана, но участие в нем было вынужденной мерой под давлением России. Вероятно, так Казахстан попытался уменьшить угрозу повторения украинского сценария. Понятно, что сегодня Нур-Султан вряд ли решится поднять вопрос о выходе из ЕАЭС, но необходимо хотя бы минимизировать обязательства Казахстана, в том числе и с точки зрения защиты рынка от экспансии российских товаров.

Наверное, десятая часть тех 150 млрд долл., которые Россия потеряла за счет санкций, компенсированы за счет Казахстана, поскольку у нас общий рынок, прозрачные границы, общая таможенная зона.

В этих условиях нужен трезвый и прагматичный расчет, усиление информационно- аналитического сопровождения этой темы на уровне гражданского общества и экспертной среды.
Нужно создавать свое общественное мнение, объяснять ситуацию в противовес российской пропаганде. Почва для этого сейчас формируется на фоне разочарования в ЕАЭС со стороны бизнеса, отсутствия равноценной интеграции, искусственных барьеров.

Позиция старшего брата, менторский стиль имеет место и с другими странами на пространстве СНГ и в Центральной Азии. Поэтому есть необходимость создать единую платформу, чтобы компенсировать и противостоять информационному влиянию Кремля.

Аскар Нурша, политолог: «Аудитория у российских политиков намного шире, чем у казахстанского МИД»

В заявлении российского МИД о «консолидированном ответе ЕАЭС Западу» нет ничего нового. Эта политика реализуется второе десятилетие, а высказывания о необходимости создания наднациональных политических институтов интеграции, усиления полномочий евразийских интеграционных структур становятся все чаще. Несмотря на то, что Казахстан на первое место ставит экономические интересы, ожидается, что Москва будет продолжать подобные действия и далее. В привычном для себя ключе, опровергая российские заявления, будет реагировать и Казахстан. Важно, чтобы не только Казахстан, но и другие страны региона сформировали и открыто выражали свою позицию по этому поводу.

Дело в том, что Россия через подобные односторонние заявления, несогласованные со странами-партнерами, фактически создала отдельный канал коммуникации с обществом, пытаясь выдать желаемое за действительное. Российское общество продолжает жить в своем внутреннем дискурсе, слушая Зюганова, Жириновского, Соловьева, Панкина и других. Поскольку аудитория у российских политиков намного шире, чем у казахстанского МИД, наши заявления – это заявления в пустоту, поскольку они тонут в российском информационном пространстве. Не стоит ожидать, что через 10-20 лет российское общество станет более просвещенным, более модернизированным в своем отношении к Центральной Азии. Оно воспитывается на тех же идеях.

Есть и еще один вызов – своего рода «внутренний каннибализм». Обсуждения о возможном слиянии России и Беларуси, экономическое поглощение Армении со стороны российского бизнеса демонстрирует активность и направленность российской экономической экспансии. Для интеграции в ЕАЭС необходимы внутренние механизмы, которые будут ограничивать попытки установления контроля над стратегическими активами наших стран.

Но Казахстану стоит не рассуждать о мифическом будущем ЕАЭС, а концентрироваться на существующих вопросах. Обсуждая идеальное состояние интеграции, мы всегда говорим о будущем: доступ на 180-миллионный рынок, создание полноценного диалога ЕАЭС с ЕС и АСЕАН… Но необходимо понимать, что идеальные конструкции могут и не воплотиться в жизнь. Поэтому нужно исходить из реальности, а не рисовать идеальную картинку.

Еще один важный момент - вторичность евразийской интеграции для самой России. Москва выдвигает инициативы, географически выходящие за рамки евразийской интеграции, ведет диалог с Китаем или Западом, подразумевая, что страны-партнеры уже «в кармане», что ЦА – «задний двор» России и никуда не денется. Однако, мы тоже должны вырабатывать свои концепции, свое видение. Например, мы можем поставить вопрос: «А вдруг будущее ЕАЭС - это миф? Что делать в случае, если интеграция окажется неудачной? Возможно, нужно подумать о варианте выхода Казахстана из ЕАЭС в случае географической экспансии России внутри ЕАЭС. Слияние России и Беларуси – нарушение баланса сил, и этот факт должен стать сигналом для выхода наших стран из ЕАЭС. Смысла оставаться внутри уже не будет. Исходя из всех текущих вызовов у нас нет иной альтернативы, как активизировать идею региональной интеграции в Центральной Азии, которая, будет способствовать усилению субъектности стран региона.

Что думают об этом эксперты других стран, читайте в ближайшее время.

Оставить комментарий

Политика

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33