пятница, 22 октября 2021
,
USD/KZT: 425.67 EUR/KZT: 496.42 RUR/KZT: 5.81
Блокада на границе с КНР продолжается Марқұмның жақындары жауынгердің өзіне қол жұмсағанына сенбейді Минтруда: На переселение с юга на север направят более 46 млрд тенге По затратам местных бюджетов лидируют Туркестанская и Алматинская области Во время пандемии казахстанцев охватила «эпидемия» лудомании Второй энергоблок Ростовской АЭС остановлен из-за неполадок Аида Балаева: «Ұлттық рухани жаңғыруға» 119 миллиард теңге жұмсалады Арон Атабектің халі нашарлап кетті Казахстанские аэропорты дожигают последний керосин 500 казахстанских женщин стали жертвами бытового насилия Орал әуежайына Мәншүк Мәметова есімі беріледі Казахстан в высокой группе риска - тенге дорожает Әлия Назарбаеваның кітабы: отырыс өткен театр директорына 670 910 теңге айыппұл салынды В Казахстане начнут прививать вакциной Pfizer подростков и беременных Тоқаев: Балаларды бір тілмен шектеудің қажеті жоқ Парламент Казахстана принял закон по защите Каспия Казахстанский уран и бразильский сахар: товарооборот составил $109,8 млн Казахстан и Италия начнут сотрудничать в военной области Минюст готовит изменения в выборном законодательстве Фильм о Назарбаеве презентуют на Римском кинофестивале В Казахстане уменьшается количество крупных и средних компаний Ә.Бәйменов: Сатқындықты да көрдім Тренды и точки роста долгового рынка Казахстана Шымкентте қоқыстан сәби табылды Казахстан на новые Нацпроекты потратит 49 трлн тенге

Слишком нежные мужчины разрушают государственную мораль?

Китайское правительство запретило показ «изнеженных» и «женственных» мужчин по телевизору в рамках брутальной пропагандистской кампании, которая называет их «аномалией», нарушающей государственную мораль. Не стоит удивляться этой атаке председателя КНР Си Цзиньпина на геев – а также на любого, кто не соответствует привычным стандартам мужественности.

Когда я была студентом Московского государственного университета в начале 1980-х годов, одного из моих однокурсников – мягкий голос, любитель литературы – исключили, якобы за плагиат. Но я никогда не забуду, как другой мой однокурсник наклонился и прошептал, что на самом деле преступление нашего исключённого коллеги заключалось в том, что «он был геем».

Какой бы ни была его сексуальность, этот однокурсник явно считался слишком нежным для нашей «героической» советской среды. Даже женщины должны были быть мужественными: в оранжевых жилетах они расчищали снег и забивали гвозди, и такие картины были крайне распространены в советскую эпоху. Для мужчин же быть чем-то меньшим, чем квинтэссенцией «настоящего мужчины среди мужчин» (грудь колесом, винтовка наготове), было преступлением во всех смыслах.

Диктаторы зависят от порядка. Они удерживают свои позиции не потому, что удовлетворяют нужды людей, а потому, что контролируют столько аспектов жизни в стране, сколько могут. Они определяют, как именно должны вести себя люди, и изображают инакомыслие бесчестным и даже опасным. В Китае, как отмечает Рана Миттер, навязывание гендерного единообразия является частью более широкой кампании, которая призвана гарантировать всеобщую поддержку одобряемых государством взглядов.

Спонсируемая государством гомофобия является частью жизни современной России. В 2013 году президент Владимир Путин внезапно решил, что гомосексуальность угрожает его позициям. Есть подозрения, что это как-то связано с упорными слухами, будто отношения между силовыми министрами Путина и их бизнес-партнёрами не были строго профессиональными – или платоническими. Может быть, они и не гомосекуальны, но, как считается, по крайней мере, некоторые из них вступали в сексуальные отношения, отчасти в качестве выражения лояльности.

Авторитарный лидер, подобный Путину, вряд ли захочет, чтобы ходили такие слухи. Ведь это, кстати, тот самый человек, который фотографировался с голым торсом на сибирской рыбалке и верхом на коне. Эти фотографии быстро стали популярными в гей-журналах по всему миру. В результате, Россия приняла закон, запрещающий «гомосексуальную пропаганду».

Как и новые правила Китая, этот закон якобы призван защитить детей от информации, пропагандирующей «отрицание традиционных семейных ценностей». В реальности же он резко сократил доступ к ЛГБТ-инклюзивному образованию и службам помощи. Сегодня многие в России убеждены, что гомосексуальность – это приобретённое поведение. Даже умные и образованные люди могут шептаться о знакомом, что тот «стал геем».

Впрочем, этот закон был только началом. Одна из поправок в конституцию, одобренная на бутафорском референдуме в прошлом году, поставила вне закона однополые браки; она гласит, что брак может заключаться только между мужчиной и женщиной.

Старая гомофобная модель авторитаризма наблюдается и на Филиппинах, где президент Родриго Дутерте однажды заявил, что сам себя «вылечил» от гомосексуальности (как будто это какая-то позорная болезнь) с помощью «красивых женщин». Хотя конституция страны разрешает однополые браки, они запрещены Семейным кодексом.

В Турции существуют права ЛГБТ, но при этом продолжаются повсеместные преследования и дискриминация. В этом году после волны студенческих протестов президент Реджеп Тайип Эрдоган заявил: «Мы поведём нашу молодёжь в будущее, но не ЛГБТ-молодёжь, а молодёжь, которая существовала в славном прошлом нашей страны».

Даже в некоторых мнимо демократических странах власти начинают поддерживать гомофобию в рамках широкого антилиберального разворота. В Венгрии правительство премьер-министра Виктора Орбана приняло закон, запрещающий «пропагандировать гомосексуальность» или смену гендера среди малолетних. В Польше в почти ста районах и городах созданы «зоны, свободные от ЛГБТ-идеологии» и приняты «семейные хартии», направленные против ЛГБТ.

Хотя Дональд Трамп уже не президент США, он использовал схожую риторику «мачо», например, когда угрожал протестующим насилием. Он зашёл настолько далеко, что даже хвалился своим уровнем тестостерона и размерами пениса. На политическом фронте при поддержке своего ультраконсервативного вице-президента Майка Пенса он ослабил защиту ЛГБТ и ввёл запрет на службу в армии трансгендеров.

США избежали трампизма. По крайней мере, пока что. Однако ряды карикатурных мачо-лидеров продолжают расти. Украинский президент Владимир Зеленский ранее не представлял себя как агрессивную, маскулинную фигуру; его стиль можно было назвать «метросексуальным». Сегодня же он играет роль крутого националиста, часто одетого в военную форму, который защищает родину от русской угрозы. Недавно он бросил вызов Путину, пригласив его встретиться в зоне боевых действий на границе Украины и самопровозглашённых русских республик, Донецкой и Луганской.

Использование такими лидерами «гегемонистской маскулинности» (идеи, что мужчины должны быть сильными, жёсткими и доминирующими) для укрепления своих позиций не должна удивлять. Авторитарные государства фундаментально слабы, а позиции диктаторов фундаментально ненадёжны. Поэтому они постоянно пытаются демонстрировать силу.

Однако в сегодняшнем мире быстрых изменений простые люди тоже не чувствуют уверенности в будущем, особенно те из них, кто считает, что их традиционно «доминирующие» позиции ослабли. Из-за этого они стремятся поддерживать авторитарных лидеров, обещающих возврат к порядку и предсказуемости социально более строгого прошлого.

Иными словами, люди боятся перемен и думают, что им нужны мачо-лидеры и патриархальные правила, которые их защитят. Ну и кто здесь «изнеженный маменькин сынок»?

Нина Хрущёва – профессор международных отношений в университете The New School, соавтор (с Джеффри Тайлером) новой книги «По стопам Путина: В поисках души империи через одиннадцать часовых поясов России».

Copyright: Project Syndicate, 2021. www.project-syndicate.org

Илюстрация на обложке: Dominic McKenzie/The Observer

Оставить комментарий

Политика

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33