вторник, 28 сентября 2021
,
USD/KZT: 423.95 EUR/KZT: 495.81 RUR/KZT: 5.81
Какие фобии у казахстанцев? В акиматах не предусмотрены субсидии для частных автопарков Казахстанские полицейские расследуют 70 фактов торговли людьми Туркестан получит из Нацфонда 2,3 миллиарда тенге О чем говорил посол Казахстана с представителем Талибана? Какую материальную помощь получат семьи погибших в Таразе? Казахстанские нефтяники зарабатывают меньше всех в мире Из 600 казахстанских ломбардов контроль ведут лишь 20 Jusan приобрел Азиатско-Тихоокеанский банк, на очереди Kcell Джо Байден намерен назначить уроженку Казахстана главой банковского регулятора США USAID окажет финансовую помощь Мангистауской области Кто купит яхту «Дочки» «Казмунайгаза» за 878 млн тенге? Климатическая тревожность: 40 % молодежи боится заводить детей Центральная Азия улучшит дороги за счет ЕБРР В Казахстане растет количество правонарушений, связанных с наркотиками В Казахстане цены на лекарства подорожали на три процента В Казахстане 85% многодетных семей живут за чертой бедности В Казахстане за прошедшие сутки зарегистрировано 2 537 новых случаев заболевания коронавирусной инфекцией ⠀ Бывший вице-министр финансов Руслан Енсебаев приговорен к четырём годам лишения свободы Генеральной лицензии лишился еще один вуз Казахстана Сенат утвердил новые пособия для людей с инвалидностью В Казани смогут обучаться родному языку в метро Прибыль казахстанских ломбардов составила 19 миллиардов тенге 15 из 100 казахстанцев не могут позволить себе купить две пары обуви В Казахстане рост затрат на науку ожидается не раньше 2023 года

Арабскому миру нужны Брексит-дебаты

На протяжении трёх лет мир в изумлении наблюдает за приближением срока выхода Великобритании из Евросоюза. Выход из ЕС, по всей видимости, крайне негативно повлияет на британскую экономику. Но с арабской точки зрения, затянувшиеся британские дебаты о Брексите не являются симптомом политического провала. Наоборот, лишь страна с такой глубокой политической зрелостью, как у Британии, может в принципе надеяться выдержать столь мощный разрыв правовых, коммерческих и даже социальных отношений, которые выстраивались последние полвека.

Арабский мир становился свидетелем как минимум одного такого же крупного события, как Брексит, буквально каждые десять лет, начиная с 1948 года, – и все эти политические, экономические и социальные раны не затягиваются. Первым таким эпизодом стало основание Израиля и последовавший затем палестинский «Брексит» с территории, ставшей еврейским государством. Значительная часть исторической Палестины была оставлена, а её народ был обречён на жизнь в лагерях беженцев в течение последовавших десятилетий. Исчезла целая арабская страна, и соседние с Израилем арабские государства объявили ему бойкот. 

Затем – в период с 1952 по 1970 годы – Египет при президенте Гамале Абдель Насере приступил к эксперименту экономической национализации, выступая за политику импортозамещения и значительно ослабив коммерческие связи с остальными странами региона. А когда Анвар Садат, преемник Насера, в 1979 году подписал мирный договор с Израилем, арабские страны наказали Египет экономическим и политическим бойкотом. 

В тот же период несколько других ведущих арабских стран, в том числе Ирак, Сирия, Ливия и Алжир, вдохновились советской экономической моделью и начали ограничивать торговую и инвестиционную деятельность частного сектора. Но в отличие от 15 республик, входивших в СССР, режимы арабского мира, вдохновлявшиеся Советами, не вели между собой торговлю; более того, некоторые из этих стран, например, Ирак и Сирия, бойкотировали друг друга. 

Если политэкономическая ситуация в арабских странах не находилась на пороге краха или не менялась в сторону автаркии, тогда ущерб наносила геополитика. В 1990 году иракские войска вторглись в Кувейт и оккупировали его, лишив эту страну, обладавшую в тот момент наиболее динамичной экономикой в арабском мире, суверенитета. В результате Ирак попал под международные санкции, после чего возглавляемые США силы освободили Кувейт. А в 2003 году коалиция во главе с США вторглась и оккупировала Ирак – это решение погрузило в хаос региональный порядок, до сих пор оказывая на него негативное влияние. 

Во время Арабской весны – в период с 2010 по 2016 годы – регион пережил целую серию событий, сравнимых с Брекситом, в ускоренном режиме, поскольку протестующие в разных странах (Тунис, Египет, Ливия, Сирия, Йемен и затем Ирак) стремились освободиться от режимов, которые многие считали нелегитимными. Тем временем политическая напряжённость в других странах привели к закрытию алжиро-марокканской границы для бизнеса, разрыву коммерческих связей между Катаром и некоторыми государствами Персидского залива, а также к экономической изоляции Ирана. 

Арабские «Брекситы» происходят без особых предупреждений, без переговоров, без обсуждений в парламенте или дебатов в СМИ, а длятся они обычно десятилетиями. Но эффект этих самопроизвольных экономических катастроф сегодня болезненно очевиден.

Более того, развернувшиеся сейчас уличные протесты, забастовки, а также насилие в целом ряде арабских странах позволяют сделать вывод, что, возможно, настал момент истины. Все эти беспорядки могут дать старт Арабской весне 2.0, но на этот раз их целью, как можно надеяться, станет процветание, а не на власть. 

Такими явно выглядят сигналы из Багдада, Бейрута и других городов региона, где протестующие призывают политиков отойти в сторону и дать возможность технократам встать у руля. Возможно, наивно ожидать, что специалисты будут вести себя лучше, чем профессиональные политики, но арабы сыты по горло непрозрачной политической системой, в которой у них либо мало, либо нет вообще никакого влияния на принятие решений, определяющих их жизнь. 

Именно поэтому Арабская весна 2.0 должна дать старт дебатам о том, какого экономического будущего хотят граждане, как они должны взаимодействовать с правительством в своих странах, а также об отношения с соседними государствами. Иными словами, после многих десятилетий собственных тупиковых Брекситов арабам нужно приступить к обсуждению тех же самых вопросов, над которыми размышляют британские избиратели после референдума, прошедшего в июне 2016 года. 

Это означает, что процесс принятия политических решений должны быть открыт для широких общественных дебатов и инициатив. Более широкое привлечение доморощенных, талантливых технократических кадров региона может привести к появлению столь необходимых политических инноваторов. Арабскому миру сегодня не хватает сильных и активных институтов, своего рода аналитических центров, которые активизируют экспертные дискуссии (и в других странах определяют их судьбу в периоды жёстких кризисов), но это не навсегда. Ведь очевидно, что политическое участие – это не просто выборы и представительство, но ещё и тщательный анализ, а также информированные дискуссии. 

В «Государстве» Платон пишет, что «государствам не избавиться от зол, пока в них не будут царствовать философы, либо нынешние цари не станут благородно философствовать». Конечно, нет гарантии, что арабские технократы сами не превратятся в безжалостных политиков. И Гитлер, и Сталин, например, манипулировали наукой с целью оправдать гигантские проекты социального инжиниринга, погубившие миллионы людей. 

Однако если не предпринять определённых усилий по деполитизации механизма принятия государственных решений и не сделать общественное участие более высоким приоритетом, чем политическое принуждение, тогда нас точно будут ждать новые арабские Брекситы и дальнейшая болезнь экономики. Протесты в Багдаде, Бейруте и других городах призывают к политике широкого участия и к открытым дебатам. Этот призыв не должен остаться без ответа. 

Сами Махрум – профессор Свободного университета Брюсселя, старший научный сотрудник Института Иссама Фареса при Американском университете в Бейруте, автор книги «Стартапы чёрных лебедей: Как объяснить расцвет успешного технологического бизнеса в неожиданных местах».

Copyright: Project Syndicate, 2019.
www.project-syndicate.org

Оставить комментарий

Зарубежные эксперты

Страницы:1 2 3 4 5 6 ... 33